– Почему, черт побери?!

– Твой отец сбегает в Бразилию почти сразу после преступления «Шестерки с Джейн-стрит». Через двадцать лет у нашей семьи крадут ценные картины, одна из которых оказывается у главаря «Шестерки». Продолжить? Слушай дальше. В квартире, где был убит Рай Стросс, находят чемодан, который ты когда-то собирала по приказу похитителей, убивших твоего отца. И в качестве вишенки на торте: Найджел создает офшорный счет для покупки квартиры Раю Строссу – той самой, где его потом убьют, – и для оплаты ее содержания. Достаточно?

Патриша, которая к этому времени села, снова вскакивает и уходит в дальний угол комнаты.

– И что ты всем этим хочешь сказать? Что мой отец входил в «Шестерку с Джейн-стрит»?

– Не знаю. Я пока лишь излагаю факты.

– И какие еще факты ты можешь изложить?

– Я познакомился с барменшей, работающей в баре «Малаки». У нее были отношения с Раем Строссом. Она мне рассказала, что Рай часто ездил в Филадельфию.

– Если я правильно понимаю ход твоих рассуждений, ты считаешь моего отца причастным к «Шестерке с Джейн-стрит». Он сбежал и таким образом выпал из подозрения. Наша семья платила Раю Строссу, чтобы тот помалкивал о его роли. Мы что, и остальным тоже платили?

– Пока не знаю.

– Не ты ли мне говорил, что общался с одной из «Шестерки»? Лейк… как ее там.

– Лейк Дэвис.

– Она знала об этом?

– Может, и знала, но мне бы не сказала, особенно если ей платили за молчание. По ее словам, девушек, входящих в «Шестерку», не посвящали во все подробности. Так что она могла и не знать.

– Но мой отец мертв, – говорит Патриша.

– Да.

– Так зачем продолжать выплаты для сохранения незапятнанности его репутации?

Теперь я корчу гримасу:

– По пути в подвал ты проходила через ворота Локвуд-мэнора. И после этого ты задаешь подобные вопросы?

Она задумывается:

– Допустим, ты прав. Допустим, мой отец действительно был как-то причастен к «Шестерке с Джейн-стрит».

Я этого не говорил и пока еще не пришел к такому выводу, но не поправляю сестру.

– Но каким образом это связано с кражей Вермеера и Пикассо, произошедшей через двадцать лет? Как это связано с убийством моего отца и… – Патриша замолкает. – И тем, что случилось со мной?

– Не знаю, – откровенно отвечаю я.

– Вин!

– Да.

– Может, мы нарыли достаточно?

– Как ты сказала?

– Свою благотворительную деятельность я построила на истории нашей семьи. В значительной степени это связано с работой отца, помогавшего беднякам Южной Америки, и моим желанием продолжить его традицию. Представь, каково мне будет, если окажется, что история построена на лжи?

Я думаю над ее словами. Патриша привела отличный довод. Представьте, если я обнаружу нечто такое, что подорвет репутацию семьи Локвуд и, что еще важнее, ударит по благородной деятельности Патриши.

– Вин, не молчи.

– Лучше, если до правды докопаемся мы, а не кто-то другой.

– Почему?

– Потому что, если правда окажется очень страшной, мы всегда сможем закопать ее снова.

Глава 23

Кабир спрыгивает с вертолета и придерживает рукой чалму, чтобы не снесло ветром от останавливающихся лопастей.

На нем черная шелковая рубашка, зеленый жилет-пуховик, поношенные синие джинсы и ослепительно-белые кеды в стиле ретро.