Она слышала, как Александр, вернувшись из Дубровинки, сказал Стешке, что старики уже отправили багаж и со дня на день приедут…

— Милый мой Сержик! Кто знает, как оно все склеится? Может, и впрямь мать права окажется. Уйдет от нас Саша… Ну кто мы ему? Так хоть ты нас не забывай. Не погнушайся! Так страшно мне отправлять тебя одного. Да надо. Одно успокаивает, твое сердце доброе. Оно не даст оступиться и ослепнуть твоей душе! — плакала Стешка, прижав к себе голову парнишки. Ей казалось, что никогда больше не увидит его.

— Не плачь, мам! Не переживай! Все будет хорошо. И я снова приеду. Я не смогу без вас. Ты мне веришь?

— Конечно! Тебе, как себе! — сунула в руку деньги. Пусть будут свои…

В дорогу заранее напекли пирогов, пирожков и ватрушек. Сметаны и творога, сыра и масла — впрок положили в сумки. Даже сало и яйца не забыли. Все пригодится. Ведь свое, домашнее…

Сережка, уходя, обнял обеих принцесс. Любку попросил следить за теплицей. И не хлопать сильно дверью холодильника. Ленке не велел грызть лед из морозильной камеры и не забывать подметать полы на кухне.

— Ты скоро приедешь? — спросили обе.

— К Новому году обязательно буду! — пообещал твердо. И, подойдя к Варваре, попросил тихо: — А к моему приезду испечешь пирогов с малиной?

— Непременно! Спеку! — поцеловала Серегу.

— А ты жди меня! Я очень буду стараться. Для тебя и для себя! Как просила. И береги себя! — чмокнул в щеку Стешку. Та еле сдерживалась, чтоб не разреветься.

— Вот и опять мы одни остались, — сказала Стешка, когда дочки и мать вернулись в дом.

— Теперь уж навсегда так! — подала голос от печки Варвара.

— А папка сказал, что бабушка из Евпатории тоже будет всех нас любить! Она такая же, как ты, только, наверно, не умеет вздыхать, как наши коровы в сарае! А вот ты можешь! — глянула Ленка на Варвару и добавила: — А та бабушка пироги умеет печь? Или только есть их будет?

— Тебе бы только пироги! — одернула Любка Ленку и приказала: — Шагом марш сарай чистить от говна. А то Сережка приедет, ухи обоим надерет.

В доме Варвары, казалось, ничего не изменилось. Все также размеренно шла своя жизнь в семье. Каждое утро убегала в школу Любка. А Ленка завистливо провожала ее из окна, вдавившись носом в стекло. Когда-то и она пойдет в школу… А пока, проводив грустным взглядом сестру, берется за веник. В доме каждый занят делом…

Два дня прошли в ожидании. И лишь на третий, уже в сумерках, вернулся Александр.

— Ну как там у вас? — нетерпеливо спросила Стешка.

— У них все нормально. Старики мои опоздали. Самолет задержался с вылетом на двенадцать часов. Но все позади. Уже прилетели. Я их в порту встретил. Вместе с Сережкой. Конечно, удивились! Особо мать. Я ей отказное заявление показал. Она глазам не верила. И все удивлялась, как прожил с нею восемь лет?.. Отец никак не комментировал. Только-то и сказал: «Одна радость все же осталась от нее! Это Сергей! От родной к чужому ушел! Это уже от Бога! Такое случайным не бывает…» Ну и о тебе спрашивали. Как живем? По-моему, на все их вопросы поставил точку Сергей. Сказал на второй день, что соскучился по тебе — своей матери, им и возразить нечего. Ребенок в этих вопросах не ошибается. Мать, правда, интересовалась дочками. О тебе расспрашивала. Хочет увидеться.

— Чего ж не привез?

— Пусть отдохнут, придут в себя с дороги.

— Здесь им легче было бы! Воздух посвежее.