Когда Сашка рассказал отцу о Стеше, тот задал лишь один вопрос:

— Она тебя любит?

— Да!

— О чем разговор? Живите счастливо! А мать со временем свыкнется. Не стоит уделять много внимания ее капризам и амбициям. Не забывай, она тоже прежде всего — женщина…

— Саша, что ты не спишь? — проснулась Стешка.

— Да ничего. О Сережке думаю. Как там со стариками уживется? Вообще он покладистый, доверчивый парнишка. Но не без своего характера. Здесь у него срывов не было. А как будет там, не знаю.

— Сережа с кем хочешь уживется! Чудесный мальчуган. Чего переживаешь? Лишь бы в колледже не разочаровался. Тогда вернется домой. И больше не уговорю его ни за что! А так хочется, чтоб в люди вышел. Мои отец тоже мечтал увидеть меня врачом или учительницей. Да не состоялось из меня ничего. Недоучка! И та без практики. Может, хоть Сережке повезет. Мне так хочется, чтобы он был счастливым. Хватило с него горя…

— Спасибо тебе, Стеша! Мальчишка и впрямь все время вас вспоминает. Свою мать — ни разу.

Будто и не было ее никогда. Я когда вез его сюда, все переживал, как получится. Но напрасно. А в городе оказалось много сложнее. Но там вся надежда на отца. Он у меня человек мудрый.

Шли дни. Александр работал над новыми полотнами. И вдруг к концу второй недели принесла почтальонка письмо, написанное Сережкой.

Стешка еле дождалась Александра. Все не терпелось вскрыть, прочесть, что там написано. Но удержалась.

«Пап! Я терпел сколько мог. Заставлял себя сдерживаться и молчать. Но больше не могу. Сил не хватает. Достала бабка до печенок. Если не заберешь меня отсюда, убегу в бомжи! Лучше спать в подвале на трубах, чем в одной квартире с этой бабкой! Возьми меня отсюда насовсем. Я не хочу больше учиться! В письме всего не скажешь. Если я тебе нужен, забери! Если через неделю не появишься, не ищи меня больше. Сергей…»

У Александра капли пота на висках выступили.

— Вези домой! Скорее! Обидели мальчугана! Конечно, неспроста такое прописал! — заплакала Варвара.

— Что случилось? — задумалась Стешка. Но Александр, ничего не отвечая, спешно собирался. На лице красные пятна проступили. Понял, допекла мать мальчишку. И впервые пожалел, что разрешил ей переехать к нему из Евпатории.

В город он приехал утром. И, позвонив, обрадовался, что успел. Двери ему открыл Сергей.

— Заберешь меня? — спросил сразу с порога.

— Конечно! Сегодня уедем. Собирайся! — прошел на кухню, где мать гремела тарелками, а отец, закрывшись от нее в туалете, читал газету.

— Что произошло здесь у вас? — глянул на мать исподлобья.

— Совсем опустился. Уже и здороваться разучился? Ты что? В хлев пришел? — напустилась на него Валентина Ивановна.

— Хватит меня воспитывать! Я не мальчик, чтобы отчитывала! Почему не отвечаешь на мой вопрос? Что случилось? Почему Сергея выжила?

— Видишь ли! Я считала, что мать для сына важнее бездомных подкидышей! Он вел себя так, словно стал здесь единственным хозяином! А все остальные — в лучшем случае — временные гости. Я не соглашалась с этим. Да и как можно? Приволок в дом бродячую собаку ростом с тигра. Скормил ей все продукты. Мало того, посадил в ванну, где моемся мы с отцом. Искупал, а потом сушил моим феном на диване! Это что за дикость? Таких собак полный город! Они заразу разносят. А он притащил в квартиру, не спросив разрешения! Мало того, как нам теперь в ванной мыться? И когда я сделала замечание, он нахамил мне! Собаку, конечно, прогнала! Так этот паршивец перестал со мной разговаривать.