— Я никогда не был здесь раньше, — признался он, чувствуя себя рыбой, вынутой из воды. Был ли тому причиной ресторан? Или Билли? Поскольку от второго вопроса Ника бросило в жар, он решил остановиться на мысли, что шикарная обстановка ресторана действует ему на нервы. Это он еще мог признать. Рядом с Дианой он чувствовал то же самое. Но это натолкнуло Ника на мысль, что он может разочаровать Билли.

— А почему сегодня пришел? — Ее глаза казались глубокими голубыми озерами. У Ника сдавило горло.

— Я хотел чего-то особенного. Ты заслуживаешь лучшего, Билли, а не второсортного мужа и неудачного брака с Шеффером. Это самый лучший ресторан. Пятизвездочный. Никогда не соглашайся на меньшее.

Ее глаза сверкнули, как сапфиры.

— То есть пять звезд — это хорошо?

— Тебя надо почаще вытаскивать с твоего ранчо, — заметил Ник с улыбкой. Он хотел бы дать ей то же, что и Шеффер. Но как? Примет ли она что-нибудь от него?

Несколько минут спустя они уже сидели в дальнем уголке ресторана. Пальма в кадке, раскинувшая листья огромным веером, отгораживала их от остальных посетителей. Ник спросил себя, разумно ли им с Билли уединяться, словно двоим уцелевшим на необитаемом острове. Но вскоре реальность напомнила о себе. Они были не одни. Официант принес карту вин в кожаной папке и вручил ее Нику.

Пока Ник делал трудный выбор. Билли рассматривала серебряную хлебницу в центре стола и фигурные кусочки масла, выполненные в виде нежных бутонов роз.

— Я никогда не была в таких дорогих ресторанах. Надеюсь, я ничего тут не разобью. — Она вытерла пальцы о белую льняную салфетку. — Или того хуже.

— Все будет хорошо, — ответил Ник. Но в душе он не был так уверен.

Перед его взглядом шел бесконечный перечень красных и белых вин. Судя по названиям, большей частью французских и итальянских. Такие названия и выговорить трудно — язык сломаешь. Мерло или шардоне еще куда ни шло. Но это не все. Они шли под номерами. Какой номер выбрать? И как правильно произнести? Ник был уверен, что его техасский акцент произношения не улучшит.

Затем он взглянул на цены, взглянул еще раз и чуть не подавился виски. Как может виноградный сок стоить так дорого? Не выставит ли он себя невежей, если закажет пива? Нет, он так не сделает. Сам ведь говорил Билли, что она достойна лучшего. И докажет ей это. Раз так, значит, он должен заказать самое дорогое вино? Если оно нанесет весьма ощутимый удар по его кошельку, означает ли это, что оно действительно лучшее?

Что делать? Ткнуть пальцем наугад? Ник вспомнил, какое унижение испытывал, делая заказ в присутствии своей бывшей жены. Сверкая зелеными глазами, Диана высмеивала сделанный им выбор. Она надарила ему кучу книг по виноделию, ни одну из которых он даже не раскрыл. В конце концов, возмущаясь его «неотесанностью», она взяла эту обязанность на себя и сама заказывала вина, сопровождая процедуру едкими и красочными замечаниями по поводу его типично техасской тупости. Гостей смешили ее острые высказывания; именно тогда Ник понял, что их браку приходит конец.

И тут он вспомнил, как пригласил Шеффера и Билли на ужин в Боннете. Он тогда предложил Шефферу выбрать вина к ужину вовсе не из вежливости, а потому что не хотел выставить себя дураком. Его мысли смешались при попытках восстановить в памяти ритуал, выполненный Шеффером, когда вино было подано. У Ника засосало под ложечкой от тягостного предчувствия. Сейчас он наверняка опозорится перед Билли.

Ник привел ее сюда, чтобы показать, чего она достойна. Он хотел произвести на нее впечатление, доказать, что способен превзойти Шеффера. Но способен ли?

— Не желаете ли заказать вино, сэр? — с заученно сердечной интонацией спросил официант.