Ее улыбка стала шире. Поерзав на сиденье, она сняла туфли на высоких каблуках и пошевелила пальцами ног.

— Ночевки на сырой земле уже не кажутся мне приятными.

— Согласен. Я слишком стар, чтобы спать на земле.

— Больше всего мне нравилось холодным утром разводить костер и готовить яичницу с ветчиной, а затем поджаривать хлеб.

— Нет ничего лучше, — согласился Ник. — А я любил ночь. Залезть в спальник, зная, что с одной стороны ты, а с другой — Джейк… Мне казалось, что именно такой и должна быть семья. Дома я был лишен этого.

Билли взяла его за руку.

— Ах, Ник. Я знаю, тебе было трудно, когда ты потерял маму. Но я понятия не имела, что ты так скучал по дому.

— Я не сильно скучал. Твоя семья дала мне любовь и поддержку. Я ждал, когда папа уедет и я смогу перебраться к вам. Мне даже нравилось распевать эти глупые песенки, которым нас учила твоя мама. И слушать страшные истории, которые выдумывал твой отец.

— Я их боялась, — призналась Билли, вспомнив, как в темных тенях ей мерещились привидения.

— А я нет. Я нигде не чувствовал себя в такой безопасности, как с твоей семьей, — он отвернулся, словно сболтнул лишнее, раскрыл какую-то потаенную часть своей души. — Помнишь, как мы играли в «Монополию» по ночам? Джейк постоянно разорялся.

— А ты всегда выигрывал, — подхватила Билли. — Но еще больше мне нравилось хрустеть в спальне чипсами и рассказывать анекдоты. — Она отпустила его руку и слегка толкнула в плечо. — А вы с Джейком учили меня играть в покер на раздевание.

Ник смущенно покосился на нее.

— Мы же не по-настоящему раздевались. Не до конца. Кроме того, это входило в правила игры. Мы были детьми. В этом не было ничего сексуального.

Тогда — наверное. Но сейчас…

— Ага. Только папа так не думал. Хорошо, что он вовремя поднялся наверх.

Ник фыркнул, его плечи вздрагивали от смеха.

— Мне с Джейком пришлось за это целый месяц выгребать навоз. Но ты тоже не такая уж невинная. Помнишь, как ты стащила нашу одежду на Ивовом пруду?

— Эй, я же оставила вам ботинки! — У Билли заболел живот от смеха. Она повернулась лицом к Нику, радуясь его теплой улыбке, установившейся между ними близости. — Мама не разрешала вам купаться голышом. А вы все равно это делали. И меня с собой не брали. Вы сбежали от меня и прятались целый день. Но я в конце концов выследила вас на пруду, прокралась и собрала всю вашу одежду. А вы были так увлечены купанием, что меня даже не заметили.

Она захихикала, вспомнив смущение и злость мальчишек. Они хотели броситься за ней в погоню, но их храбрый порыв был остужен холодным вечерним ветром. Они предпочли снова залезть в воду, вместо того чтобы гоняться за Билли в голом виде.

— Я думала, что Джейк меня убьет.

— И я бы ему помог. — Ник перестал смеяться. — А ты знаешь, что случилось после того, как ты убежала домой?

— Нет. — Ее глаза широко раскрылись. — А что?

— Когда солнце скрылось, мы начали замерзать. Это прибавило нам храбрости. Лучше уж добежать до дома голыми, чем отморозить задницы. Так что мы вылезли из пруда. И наткнулись на Марсию Демпстер, Джин Чепмен и Райану Берк.

— Ой, нет! — Билли откинулась на сиденье, умирая от смеха.

Ник покачал головой, его уши стали малиновыми.

— Не знаю, кто из нас сильнее испугался, девчонки или мы с Джейком. Но мы тут же нырнули в воду, а они удрали, — он притворно нахмурился, но его глаза улыбались.