Конференц-зал оказался небольшой комнатой, гораздо меньшей, чем та, в которой мы собирались в Квонтико. Когда мы вошли, Томпсон и Бэкус уже сидели за столом. Боб Бэкус держал телефон возле уха. Прикрыв микрофон, он сказал:

— Парни, я хочу поговорить с моими людьми наедине. Гм... Попробуйте найти машины, если сможете. И еще: нам нужно где-то остановиться. Зарезервируйте шесть комнат. В общем, таким вот образом.

Выглядело это так, будто Матузаку и Мизу объявили о понижении в должности. Они глупо закивали и тут же вышли из комнаты. Мне пришлось гадать: то ли остаться, то ли уходить, поскольку к людям Бэкуса я на самом деле отношения не имел.

— Джек, Рейчел, присядьте, — сказал Бэкус. — Позвольте, я закончу разговор, после чего Джеймс введет вас в курс событий.

Мы сели и стали наблюдать, прислушиваясь к односторонней беседе. Похоже, Бэкус лишь слушал сообщения, отвечая на них по мере необходимости. Причем далеко не все из них относились к расследованию.

— Ладно, что насчет Гордона и Картера? — спросил он, видимо, когда все сообщения оказались исчерпаны. — Что такое ЕТА? Так поздно? Черт! Послушай, еще три момента. Позвони в Денвер и скажи им, пусть займутся вещдоками по делу Макэвоя. Надо проверить внешнюю сторону перчаток на наличие крови. Если они обнаружат кровь, то следует приступить к эксгумации... Да-да. Если это станет проблемой, сразу звони мне. Далее: скажи, пусть выяснят, брала ли полиция пробы на следы от выстрела из полости рта. Если да, пусть вышлют все в Квонтико. Это относится ко всем случаям. Наконец, третье: Джеймс Томпсон отправит кое-что в лабораторию прямо отсюда. Нам потребуется идентификация образцов и химический состав. То же касается Денвера, если пришлют. Что еще? А где конференц-связь с Брасс? Ладно, тогда и поговорим.

Он положил трубку и взглянул на нас. Я хотел было спросить, что он имел в виду, говоря об эксгумации, но Рейчел заговорила первой:

— Шесть комнат? Что, Гордон едет сюда?

— Да, они приедут вместе с Картером.

— Боб, зачем? Ты же знаешь...

— Рейчел, они мне нужны. Расследование набрало критическую массу, и все приходит в движение. Мы дней на десять отстаем от преступника, не более. Чтобы сделать очередные ходы, нужно обследовать как можно больше тел. Кажется, это просто и более чем достаточно расскажет нам об убийце. Теперь, Джек, что хочешь сказать ты?

— Эксгумация, о которой вы говорили...

— Об этом чуть позже, когда ситуация станет более понятной. Джеймс, расскажи нам, что обнаружено при осмотре тела.

Томпсон извлек из кармана четыре небольшие карточки, сделанные его «Поляроидом», и выложил на стол передо мной и Рейчел.

— Здесь левая рука и указательный палец. Левые два сделаны один к одному. Два других — с увеличением в десять раз.

— Проколы, — произнесла Рейчел.

— Именно так.

Пока она не сказала, я не мог ничего разглядеть, но потом заметил крошечные отверстия, пробитые в коже на линиях складок. Три прокола на кисти и два на кончике указательного пальца.

— Что это? — спросил я.

Томпсон продолжил:

— Внешне они не выглядят только проколами. Тем не менее здесь нет следов ороговения кожи по краю ранок или их заживления. Значит, они появились почти одновременно с моментом смерти. Непосредственно перед ней или сразу же после, хотя это не имеет особого смысла.

— Смысла для чего?

Мне ответил Бэкус:

— Видишь ли, Джек, мы пытаемся найти способ, которым это сделано. Почему старый полицейский, опытный человек, не мог оказать сопротивление преступнику? Сейчас мы говорим о контроле над личностью. Это один из ключевых моментов.