Он разбудил Голгата.

   — Я же говорил, что ревную.

   — Ты ревнуешь? Я тоже ревную. Думаю, за последние несколько дней нам представился случай в этом убедиться. Просто чудо, что ни один из нас не лежит сейчас с ножом в сердце, несмотря на все попытки. Мне, например, за себя очень стыдно.

   — Мне тоже, — сказал Солдат. — Я искренне прошу у тебя прощения. Не знаю, что на меня нашло. В конце концов, Лунна ненастолькокрасива.

   — К сожалению, это неправда.

   Солдат вздохнул:

   — Да, она прекрасна. Ты прав. Я просто хочу позабыть обо всем этом. В конце концов, что такое красота? Просто видимость. Сияющие озера, девственные снега. А что под ними? Хитрое расчетливое сердце и пустая холодная душа, бесплодная, как пустыня? Хотя кто знает. Лунна в общем-то неплохой человек, просто у нее нет духа моей Лайаны.

   — Только она все равно прекрасна. Ведь алмаз тоже не имеет реальной ценности — обыкновенная стекляшка. Но человек способен убить и умереть за алмаз. Нельзя сбрасывать кого-то со счетов только потому, что в нем нетничего, кромекрасоты. Красота — сама по себе сила.

   — Наверное.

   И все-таки в ту ночь Солдату удалось чуть-чуть вздремнуть.

   На следующее утро все поднялись и собрались в дорогу. Тронулись в путь. Принц Паладан ехал первым, Лайана трусила следом, схватившись руками за хвост его кобылы. За ними ехал Солдат. Он скрипел зубами от отчаяния, глядя, как обращаются с Лайаной. Следом — Лунна. Голгат завершал процессию. Путники поднялись на гребень песчаной дюны и с высоты увидели уходящий к горизонту лагерь огромной армии. Войско тоже готовилось в путь. Вдруг закутанные в черное воины поднялись как по команде и издали громкое приветствие своему принцу — армия, от которой путешественников отделяла какая-то пара сотен ярдов, принадлежала ему.

   Принц Паладан махнул в ответ.

   — Ну вот, видишь, — сказал вполголоса Голгат, — чего я и боялся. Хорошо, что не убили его, иначе закончилось бы наше путешествие раньше времени. Привязали бы нас защиколотки к лошадям да погнали пересчитывать затылком камни.

   Солдат промолчал, кипя от злости.

   — Негодяй умрет, — повторял он сам себе, — умрет.

   — Не сейчас! — предупредил друг.

   Через некоторое время Солдату все же удалось подавить злобу, и он поравнялся с принцем.

   — Итак, в вашем распоряжении была целая армия, принц.

   — Ах, теперь уже принц. Что же не хамите больше?.. Все верно. Просто это было моим маленьким секретом.

   «Зазнавшаяся обезьяна», — подумал Солдат, а вслух сказал:

   — Да, вы поставили меня на место.

   — Действительно поставил. А эту женщину я, может быть, отдам тебе, когда доберемся до Сизадского порта, если, конечно, будешь хорошо себя вести по дороге. Ты, похоже,очень стремишься заполучить ее назад. Почему только, ума не приложу. Загадка какая-то. Офицер наемной армии может легко иметь много таких, как она. У меня дома тысячи женщин и получше. Она, на мой взгляд, не слишком опытна. У меня семь сотен отличных натирательниц, полов, каждая из которых способна гораздо лучше обо мне позаботиться.