— Ничему он меня не научил. Я сама все знаю.

Он сжал ее талию, оторвал от матраса и поставил перед собой.

— Пусть ты не желаешь быть моей женой, но если замечу, что хотя бы смотришь на другого мужчину, я… — Он осекся.

— Ты — что? — прошептала она.

Он отпустил ее и сухо приказал:

— Надень туфли и спускайся вниз. Ужин остынет.

Оставшись одна, Заред обняла себя и закружилась по комнате. Тяжелые бархатные юбки вихрились вокруг ног.

— Будете ужинать сейчас, милорд?

Тирл вздрогнул от неожиданности и поднял глаза от кубка с вином.

— О, Маргарет! Я не видел тебя. Она уже спустилась?

— Нет, — протянула Маргарет. — Думаю, ей трудно одеваться самой.

— От тебя ничего не ускользнет, верно?

Он улыбнулся женщине, которая служила его матери, еще когда обе были девушками. Мать Тирла умерла на руках Маргарет.

— Да, я не могла не заметить, что вы безумно в нее влюблены.

— Она ненавидит меня, — угрюмо признался он.

Маргарет громко рассмеялась:

— Она? Девушка, которая смотрит на тебя с таким желанием?

— Ты не слышала, что она мне наговорила. Да, иногда Заред желает меня, если я целую ее и осыпаю комплиментами, но этого же она добивается от любого красивого мужчины, — фыркнул он. — И даже от меня, которого считает уродом. Ты еще не знаешь главного. Ее фамилия — Перегрин.

Лицо Маргарет вытянулось. Подойдя к Тирлу, она положила руку ему на плечо.

— Ты всегда был хорошим мальчиком. Вот и женился на этой… то ли девушке, то ли юноше, чтобы покончить с враждой. Это так благородно с твоей стороны!

— Я хитростью завлек ее к алтарю, — отрезал он. — И женился не для того, чтобы покончить с враждой, а потому, что хотел ее.

— Неужели не мог просто затащить ее в постель?

Тирл немного помолчал.

— Наверное, мог, — обронил он, вертя в руках кубок.

Маргарет уселась на соседний стул. У нее не было своих детей, и она считала Тирла кем-то вроде сына.

— Я слышала об этих Перегринах. Они действительно так неотесанны, как говорят?

— Еще хуже.

— В таком случае ее можно завоевать нежностью и добротой. Музыка и смех тоже не помешают. Если ты позволишь ей увидеть себя таким, каков есть на самом деле, она тебя полюбит.

— Я сказал ей, что обращусь к королю с просьбой аннулировать брак, и намерен сдержать слово.

— Но ты уточнял, когда пошлешь гонца к королю?

— Нет, — улыбнулся Тирл. — Но это означает, что я не должен ее касаться.

Маргарет рассмеялась:

— Разве не знаешь, что существует куда более высокое чувственное наслаждение, чем то, которое получаешь в постели?

Тирл уставился на нее как на безумную.

— Девушка отпрянула, когда я хотела коснуться ее руки, — пояснила Маргарет, — и с такой завистью смотрела на мое платье! По-моему, она жаждет быть такой же, как все женщины, и носить красивые наряды. Думаю, розы могут завоевать твою даму.

— Розы?

— И музыка, и сказки о любви, и шелк, и нежные поцелуи за ушком.

Тирл задумчиво воззрился на женщину. Заред отвечала на его поцелуи! А вдруг ее ненависть к нему не так уж и сильна? Если бы он сегодня не позволил ревности взять над собой верх, кто знает, что могло бы случиться? Что, если Маргарет права и ему стоит поухаживать за собственной женой?

Тирл весело улыбнулся.

Глава 12

Ничто из пережитого до сих пор Заред не подготовило ее к жизни в доме Говардов.