-  А сейчас он где? - нетерпеливо спросила я.

    Ольга Романовна пожала плечами:

    -  Право не знаю. Да что вам за нужда торопиться, поживите у меня, как он приедет в Петербург, то непременно ко мне заглянет, тогда с ним и увидитесь. Или я вам уже надоела?

    -  Нет, конечно, я счастлив нашим знакомством, - вежливо ответила я, - только мои обстоятельства слишком сложны, чтобы привлекать к ним третьих лиц. Боюсь, что наши с вами отношения могут причинить вам лишние неприятности.

    -  Пока они принесли мне только радость, - томно сказала она, поворачиваясь так, чтобы я случайно смогла в небрежно приоткрытый вырез шелкового салопа увидеть часть ее полной груди.

    На этом сладострастном моменте мы были прерваны лакеем, виноватым голосом сообщившем хозяйке, что встречи с ней требует какой-то чиновник.

    -  Что за глупость, - рассердилась Ольга Романовна. - Какое мне дело до чиновников, я, слава богу, не служу. Скажи ему, пусть, коли ему нужно мне что-то сказать, переговорит с управляющим. Мне сейчас недосуг.

    -  Ваша светлость, я им в точности так и говорил, но они не уходят, говорят дело важное и секретное. И говорить они ни с кем не могу, окромя вашей светлости.

    -  Ах, как мне надоела наша русская бестолковщина! Ну ладно, пусть он войдет, пригласи. Только скажи, что на одну минуту.

    Слуга бесшумно исчез, а княгиня виновато улыбнулась.

    -  Простите, Сашенька, что нас так неделикатно прервали, я его быстро выслушаю и отправлю восвояси. Эти господа чиновники удивительно бесцеремонны!

    Я ничего не успела сказать в ответ, как в комнату вошел мой знакомый полицейский следователь Яков Степанович Прохоров. Он был все в том же, что и раньше, потертом сюртуке и не выглядел «важным», как его охарактеризовал слуга.

    Ольга Романовна повернула к нему недовольное лица и холодно спросила:

    -  Это вы добивались увидеться со мной? Чем я обязана такой чести?

    -  Если вы княгиня Щербатова, то с вами, - ровным голосом ответил Прохоров. - Позвольте рекомендоваться, статский советник Прохоров. Если вы не против, княгиня, то нам лучше переговорить с глазу на глаз без свидетелей.

    -  Это еще почему? Молодой человек мой близкий друг и у меня нет от него секретов. Ежели вам так потребно со мной говорить, говорите при нем!

    -  Пожалуй, если это ваше непременное условие, - сказал Яков Степанович, - однако тогда мне нужно будет знать имя вашего знакомого, - официальным голосом сказал он и замолчал, глядя на меня не совсем нормальными глазами.

    -  Пожалуйста, это Сашенька, то есть сержант Александр Крылов, - представила меня княгиня.

    -  Право, я смущен, ваша светлость, - после затянувшейся паузы сказал быстро оправившийся от неожиданности Прохоров, - в таком случае мне нужны не вы, а ваш друг. У меня, собственно, дело не к вам, а к нему.

    -  Сашенька, вы что, знакомы с господином, господином…

    -  Прохоровым, - подсказал статский советник.

    -  С господином Прохоровым, - договорила она.

    -  Знаком и довольно близко, - улыбнулась я, - даже удивляюсь, что Яков Семенович меня сразу не узнал!

    -  Как же, узнаешь вас в таком обличье, - усмехнулся он. - Когда мы встречались последний раз, вы были совсем другим.