Жасмин захотелось прочесть, что я настрочила в сочинении. Я вдруг испугалась, как бы она не подумала, что я зубрилка.

 — «Ромео и Джульетта»? — спросила Жасмин.

 Я постаралась приподнять брови точно так же, как она.

 — Нужно было выбрать любой отрывок из Шекспира. Скучища! — шепнула я, хотя, честно говоря, Шекспир мне очень даже нравится.

 — Да, жуть, — согласилась Жасмин. — Впрочем, предсмертная речь вполне ничего себе.

 Она начала тихонько декламировать последний монолог Джульетты. Жасмин читала просто великолепно, даже выражение лица стало такое, будто это у неё разрывается сердце.

 Я смотрела на неё во все глаза. Она моргнула и неожиданно улыбнулась:

 — Ну как?

 — Сама знаешь, как! Ты читаешь как настоящая актриса.

 — Я и есть настоящая актриса, — сказала она. — И мои мама с папой тоже актёры. Миранда Кейп и Джонатан Дей.

 Она произнесла это совершенно обыденным тоном. Я постеснялась признаться, что никогда раньше не слышала этих имён. Я кивнула, стараясь показать, что потрясена.

 — Ты их знать не знаешь, правда? — сказала Жасмин.

 — Ну… Их показывают по телевизору?

 — Нет! То есть Миранда снималась в сериале «Ист-эндеры» сто лет назад, а Джонатан в своё время несколько раз играл полицейских да и преступников иногда. Но вообще-то они театральные артисты. У обоих сейчас большие роли. Миранда уехала на гастроли с пьесой Ноэля Кауарда, а Джонатан вот-вот начнёт выступать в «Сан-Франциско». — Она увидела выражение моего лица. — Да не в городе Сан-Франциско, в мюзикле, глупышка!

 Мне не понравилось, что она так назвала меня, хоть я и на самом деле чувствовала себя тупицей. Она говорила быстро, но очень тихо, чтобы миссис Мейсон не услышала. Я и сама с трудом разбирала её слова. Никак не получалось сосредоточиться. Я вдыхала крепкий аромат её духов, рассматривая её бледное лицо: правильные черты, темно-синие глаза, длинные белокурые волосы. Будь у меня такая внешность, может, и я сумела бы держаться с той же небрежной уверенностью в себе? Но, наверное, и она иногда о чем-нибудь беспокоится. Я заметила, что ногти у неё обгрызены чуть ли не до мяса. Она поймала мой взгляд и сжала руки в кулаки.

 Когда раздался звонок на перемену, я заметалась. Что делать? Мне хотелось остаться с Жасмин, но я не хотела навязываться. Может, ей не терпится познакомиться с другими девчонками. Куда мне до неё! Она может подружиться с кем угодно — с Алисией, Геммой, Эйслинг, Люси, со всеми красивыми, умными, шикарными девчонками, которые одеваются в дорогих бутиках и имеют толпы поклонников.

 Марни и Терри застыли неподалёку, глаза У них зловредно блестели. Я знала: они уже готовы основательно перемыть кости новенькой.

 — Пойдём, Филь, — позвала Марни.

 — Иди к нам! — Терри нетерпеливо замахала рукой.

 — Это твои подруги? — Жасмин посмотрела на меня.

 — Да. Ну не то чтобы… — Я запнулась и вдруг ляпнула: — У меня нет настоящих подруг.

 Она надо мной не засмеялась. Не посмотрела с жалостью. Просто улыбнулась своей чудесной улыбкой:

 — А давай мы с тобой будем дружить?

 Я так разволновалась, даже вся покраснела, как дура.