— Неужели это… — шепотом протянула она.

— Это шартис — камень мира древних. В моем роду этот амулет передается от матери к дочери уже очень много лет.

— Мне приходилось видеть подобный медальон, — хрипло призналась наставница.

— Да, их было четыре. Все, что успели спасти древние — это четыре осколка своего мира, — кивнула ей Ши.

— И они ничего не оставили себе. Пользуясь нашим миром, древние подарили частички своего самым сильным расам Завритара, как залог мира и дружбы. Но я всегда считала, что амулета три! — воскликнула леди Идриль.

— Орки настолько прогневали древних, что те предпочли забыть о моем народе, а вместе с ним и о четвертом амулете, — с грустью ответила старейшина.

Орчанки тревожно переглядывались между собой, но сохраняли молчание.

— Так что же произошло? — не выдержала Томка, впиваясь взглядом в пожилую женщину'.

— Расскажите, — тихо попросила Василиса, но далее торопить не решилась.

Ши тяжело вздохнула и в уголках карих глаз блеснули слезы, но она все же заговорила:

— Когда-то, орки были славным народом, добрым и справедливым. Правила племенем самая мудрая из старейших женщин…

— Женщин? — удивленно переспросила Лариска. Учитывая все, что они с подру гами успели увидеть у орков, матриархата здесь не наблюдалось, даже в самом зачаточном его состоянии.

— Женщин, — кивнула Ши. — В те времена, орки еще способны были видеть прекрасное, ценить это и жить в гармонии с миром и его обитателями. Мужчины, конечно, и тогда отличались воинственностью, но решающее слово оставалось за хранительницей рода. Тогда древние помогали расам моего мира. Учили… Лечили… Заботились… Они полюбили наш мир — каждую травинку', каждое существо.

— Представляешь, как это «полюбили каждое существо», двояко прозвучало бы на Земле? Какой невиданный темперамент! — прошептала Сербская, толкнув Василису в бок. Та лишь улыбнулась в ответ — подругу не изменил даже чужой для них мир, а ее сейчас слишком захватил рассказ старейшины, чтобы отвлекаться на сарказм Ларька.

— Древние поселились в пещерах, у самого подножья Гномьего хребта, на границе с великой степью. Старые пещеры стали им новым домом. Среди чужаков не было женщин, лишь мужчины, которые не старели и никак не менялись внешне, сколько бы поколений нашего мира не сменилось.

— Они были бессмертны? — воскликнула Томка.

— Так считали наши предки, пока… — Ши сделала многозначительную паузу.

— Пока? — в нетерпении переспросила Василиса, подавшись вперед, словно от этого она смогла бы лучше впитать в себя слова пожилой орчанки.

— Пока не произошло одно событие. Мужчины, даже самые мудрые, всего лишь мужчины. Так уж строено, что каждому мужчине нужна женщина. Как и каждой женщине необходим мужчина. Древние не стали исключением. Один из них, мудрец и великий маг по имени Та-ар влюбился в юную дочь степи — Заври. Ослепленный страстью, поведал он своей возлюбленной великую тайну своего народа — он раскрыл ей секрет бессмертия!

— Если древние не дожили до наших времен, то не такие уж они были и бессмертные, ведь так? — спросила, молчавшая до этого, эльфийка.

— Все верно. Вместе с шартис из своего погибшего мира древние успели спасти омут вечности. Эликсир, который накапливал этот артефакт, и продлевал своим владельцам жизнь. Та-ар рассказал любимой обо всем, даже как обойти все ловушки священной пещеры. Забыл только упомянуть о том, что прикасаться к омуту могут лишь древние, иначе… — Ши вздохнула так тяжело, словно каждое слово давалось ей с трудом.