— Беспричинно атаковал? — непроизвольно вскочил Петя со своего места. — Но как же так?

— Все ещё не понимаете? — невесело усмехнулся ректор. — Тогда объясню. То, против чего вы боролись — полноценная объемная иллюзия, выполненная с большим мастерством господином Шуйским. Иллюзии не наносят вреда, в отличие от боевых конструктов.

— Какая иллюзия? — на миг опешил Петя.

— А вторая «двойка», господин Полозов, — припечатал ректор, — вам за то, что вы позволили себе опоздать на мой урок. Я вас предупреждал, — в голосе Уварова лязгнул металл. — Поэтому, к следующей лекции вы мне подготовите развернутый доклад о разновидностях боевых иллюзий. А чтобы вам было, где брать материал, вы вместе с господином Шуйским, отправляетесь в конце дня к госпоже Бестужевой. И попробуйте только там не появиться.

«Да чтоб тебя чёрт побрал! — ругнулся Пётр про себя. — Ну вот почему именно сегодня?».

Да и взгляд Шуйского намекал, что эта отработка не станет лёгкой прогулкой.

Глава 21

Когда лекция, наконец, окончилась, Уваров испытал огромное облегчение, услышав звук закрывающейся двери за последним студиозом.

То, что произошло на самом деле, и чем всё могло обернуться при неудачном стечении обстоятельств, поняли далеко не все. Один, максимум — два человека, если не брать в расчёт Уварова.

Поляков точно понял, чему стал свидетелем, и, возможно, ещё один студиоз, владеющий аспектом огня, по уровню знаний и подходу к собственному обучению вполне дотягивающий до уровня Полякова.

Дмитрий Аристархович тяжело вздохнул, снова вспомнив, как не более, чем полчаса назад, он поинтересовался у Полозова, откуда у него такие познания и скорость формирования конструктов, на что парень с непроницаемым лицом ответил, что это всё издержки домашнего обучения Державиных.

«Нет, ну каков наглец!», — внутренне восхитился ректор.

Разумеется, Уварову очень хотелось узнать, что это за такое домашнее обучение: оперировать подобными конструктами, способными легко сжечь несколько десятков человек, в пределах городской черты, но вслух вопрос задавать не стал — и так понятно: ответ если и последует, то будет на уровне предыдущего.

А отвечать односложно, не солгав, но и не сказав при этом правду, Дмитрий Аристархович прекрасно умел и сам.

Если какой-то аристократ что-то утверждает, в приличном обществе считается, что врать он не будет. Для дворянина это неприемлемо.

Даже если возникнут явные предпосылки того, то аристо лжёт или недоговаривает, никто без веских доказательств и в здравом уме не станет никого уличать.

Чревато.

Понятное дело, что такая личность, как Уваров, вполне может усомниться в достоверности услышанного от любого из своих студиозов, не схлопотав при этом вызов на дуэль, но на ровном месте портить отношения с родовитыми младших возрастов, которые неминуемо подрастут и займут какие-то должности, как на государственной службе, так и на ключевых постах своих Родов — весьма опрометчиво, даже недальновидно, для человека его должности.

«Продемонстрированное только что Полозовым — определённо не тот уровень, который парень всеми силами старается демонстрировать! — теперь ректор полностью утвердился в своём предположении. — Это полноценный средний ранг, возможно даже предпоследней ступени, — задумался Уваров».

Дмитрий Аристархович не стал бы тем, кем он являлся сейчас, если бы не умел правильно распоряжаться полученной информацией. Знающему человеку многое могут сказать не только обмолвки и мимика, но и банальное отсутствие ответа. Как сегодня, когда ректор влепил ему незаслуженную «пару» за полностью влитый в конструкт резерв.