– Вот, – сказала она, подбрасывая что-то вверх.

Поскольку я стоял ближе, я перехватил это в воздухе. Моя грудь взвыла от движения. Это была серебряная шпора.

– Перемирие, – сказала Грейс-Эллен.

Не спрашивая разрешения у одного из двух вервольфов в комнате – одного вервольфа, – Грейс-Эллен поднесла к уху трубку телефона. Пластик застучал о ее серьги.

– Рэйфорд, – сказала она нам, кому звонит.

Либби шагнула вперед, глаза ее пылали, но Грейс-Эллен подняла руку, словно этого было достаточно.

Жену Рэйфорда звали Марси.

Через двадцать секунд ничего не значащей вежливой болтовни Грейс-Эллен положила трубку, посмотрела на нас.

– Что? – сказала Либби.

– Рэйфорда нет дома, – сказала Грейс-Эллен, словно в трансе. Словно только просыпалась.

– И где он? – спросил я, поскольку кто-то должен был спросить.

– Охотится, – упавшим голосом сказала Грейс-Эллен.

– Где? – спросила Либби.

– Он вернется вечером, – сказала Грейс-Эллен.

– Это не очень хорошо, – сказала ей Либби.

– Сегодня воскресенье, – сказала Грейс-Эллен, словно это было ответом на вопрос, который мы не подумали задать. – В воскресенье офис закрыт.

– Мы уже были в офисе, – сказала Либби.

– Вы были в приемной. Я могу пойти… я могу проверить их график по производственным расходам, квитанциям, посмотреть, где они были в тот день, показать то, чем они не занимались. Как долго ты можешь отслеживать кого-то от определенного места?

– Он мой брат, – ответила Либби.

– Это не Рэйфорд, – сказала Грейс-Эллен, вставая и снимая кольцо с ключами с крючка на стене.

– Он санобработчик, – сказала Либби. – Как ты получила эту работу? Думаешь, случайно?

– Это допрос? – сказала Грейс-Эллен, выпрямляясь и в упор глядя на Либби.

– Но ты там работаешь.

– Мне дали место на регистрации, когда они пытались уговорить Трайго работать на них. Затем, когда он исчез, – я уже знала, что и как тут делать.

– Трайго? – спросил я, когда внезапно стало слишком тихо.

– Мой муж, – второй раз сказала Грейс-Эллен.

Жгуче глянув на нас – скорее предостерегая нас с Либби от того, чтобы задавать еще вопросы, – Грейс-Эллен кивнула нам, чтобы мы следовали за ней по коридору.

– Куда мы идем? – спросила Либби, стараясь идти впереди меня. Поскольку мы знали, что за каждой дверью было ружье, на каждом шкафу.

– Мы ведь не можем взять мою машину, верно? – сказала Грейс-Эллен, распахивая исцарапанную дверь в гараж.

– У тебя две машины? – сказал я.

– У Трайго был «Форд» с регистрацией графства, – сказала Грейс-Эллен, хлопнув по стене, чтобы электрическая дверь открылась с толчками и скрежетом. – Но здесь он держал свое сердце.

Это была тюнингованная машина под пятнистым брезентовым чехлом.

– Твой брат, – сказала она Либби, – он младший или старший?

– Моего возраста, – сказала Либби, входя и окидывая гараж взглядом сразу, чтобы быть уверенной, что он безопасен для меня. – Мы близнецы.

– И оба волки? – впечатлилась Грейс-Эллен.