Николай Леонов, Алексей Макеев. Поминки по ноябрюГуров – 38
Пролог
Сергей Сергеевич Николаев, московский предприниматель тридцати пяти лет от роду, сегодня проснулся рано, и настроение у него было не самое лучшее. День намечался хлопотливый и напряженный. Такое бывало и раньше, но никогда еще утро не встречало Сергея таким густым и тоскливым серым светом из окна, никогда не было такой ломоты в спине и такого скверного настроения. Не хотелось даже открывать глаза и смотреть на этот неприветливый мир, струящийся с улицы. Сергей был не рад тому, что проснулся, хотя вчерашний день начался неплохо, прошел очень содержательно, а закончился вообще таким веселым кувырканием под брызги шампанского на широкой двуспальной кровати отнюдь не с женой, что только радуйся… Но радости почему-то не было. Ну разве все, что было вчера, – это не причина для того, чтобы проснуться в прекрасном настроении? Однако Сергей не помнил, чтобы просыпался на таком взводе. Что-то еще случилось. Наверное, вчера. Или уже сегодня? Что именно, Сергей вспомнить не мог. Сергей посмотрел налево, потом направо. Жены рядом не было, что не являлось поводом для грусти, скорее наоборот. Обидевшаяся на него вчера жена спала в другой комнате. Сергей встал, накинул на себя теплый халат цвета морской волны, валявшийся тут же на полу, потянулся, помотал головой и, вздрогнув, взглянул на настенные часы. На секунду ему показалось, что опоздал. Но до отъезда по очень важному делу оставалось почти полчаса. Этого времени с избытком должно было хватить и на душ, и на легкий завтрак. Сергей, позевывая, прошлепал в ванную, с удовольствием отметив, что завтрак на столе стоит, а жена Ольга быстро скрылась в соседней комнате, изображая кровную обиду, способную тянуться до вечера. Через двадцать минут Сергей уже сидел в кухне и, глядя новости по телевизору, жевал сандвич. Он прокручивал в голове все сегодняшние маршруты и прикидывал, сколько времени каждый из них может занять. Поспеть нужно было везде, но самое важное дело необходимо было сделать первым. Посмотрев на часы и покивав в такт своим мыслям, Сергей встал и выглянул в окно. С высоты седьмого этажа открывался великолепный вид на Пречистенскую набережную. Именно из-за открывающейся панорамы на реку, на расстилающийся за нею город он и полюбил сразу эту квартиру. Опустив взгляд ниже, Сергей заметил, что во двор въезжает его серебристый «Мерседес». Саша – его личный шофер и телохранитель – был точен, как всегда. Нужно было собираться. Сергей отошел от окна и поставил на стол чашку с недопитым кофе. Он быстро вышел из кухни и, словно не заметив, что Ольга на что-то демонстративно обижена, по отработанной годами совместной жизни привычке, приоткрыв дверь в холл, сказал: – Мне пора, Лелик. – Ты надолго, Николаев? – громко спросила Ольга. Как она привыкла называть Сергея по фамилии еще со студенческих времен, так и продолжала звать все эти тоскливые двенадцать лет совместной жизни. Когда-то Сергей обижался, а потом – ничего, привык. Ольга сидела в кресле напротив холодного камина, держала в руках книжку в мягкой обложке. Книжка завалялась в холле и вот сейчас пришлась кстати. Ольга читала редко, хотя любила говорить, что до замужества она читала часто и много. А после замужества почему-то перестала. Почему, Ольга не объясняла. Наверное, не могла придумать уважительной причины. А Сергей никогда и не интересовался. – Я в обед заеду, Лелик, – ответил Сергей и, не прикрывая двери к жене, направился в коридор. – Что у нас будет вкусненького? Чем порадуешь? – Сюрпризом! – крикнула Ольга, не опуская книжки. Она и сама частенько не знала, что приготовит, поэтому предпочитала отделываться намеками. |
