От такого проявления чувств, разулыбались обе делегации, а "восьмилап" Ти Укун поднял вверх переднюю пару ног и потёр их, высоко задрав над головой…

— Ну, дальше уже не интересно… — Я отвернулся от экрана, на котором Мил и Малика, уже с коронами на головах, принимали поздравления от всех сторон недавнего конфликта.

— Я бы так не сказал. — Са Прае замер рядом со мной. — Этот день будет полон сюрпризов, Плат. Не спеши. Вот увидишь, тебе будет что рассказать!

Зная, что наш "восьмилап" зря воздух не переводит, развернулся обратно к экрану и принялся ждать развития событий.

Президент Союза и Император Кольвегов обменялись высокопарными словами и сделали шаг, каждый в свою сторону, освобождая проход для "более мелких представителей".

И самым первым оказался… Ходун!

— Император Мил Первый! — Мой знакомец Шасх Аро замер, вытянувшись, а затем грянул на одно колено! — Народ Венесса просит вас, принять его под свою руку. Мы провели 25 лет в войне, рядом, плечом к плечу, деля горе и радости, без остатка хлебая из одного котелка и делясь победами и поражениями. Мы были вашими союзниками в войне. А теперь хотим стать единым народом в мире!

— Судя по бледности имперцев… — Мишт коротко хохотнул и заткнулся, схлопотав локтём в ребра от невесты.

Пока мы с ним обменивались многозначительными взглядами, "проситься под руку" пришли ещё штук пять систем, и на Мила стало жалко смотреть: Императором он ещё не успел себя почувствовать, а имперские заморочки уже так и лезут со всех сторон!

— И проблемы у нас, теперь, тоже… имперского масштаба будут… — Юрьев покачал головой, пряча кривую улыбку.

— Зато на Земле — тишина и благодать! — Капитан "Арии", постоянно изучающий сводки с поверхности планеты, блаженно улыбнулся. — Неужто заткнутся?

— Не-е-е. — Покачал головой я, совершенно не пряча улыбку. — Это они силы копят, чтобы пукнуть громче! Им же надо, чтобы их "фе" до орбиты долетело!

Мой комментарий словно и Мил услышал.

Улыбнулся.

Повернулся к Императору Кольвегов и громко произнёс:

— Мой августейший Собрат! Нам прекрасно известно о проявленном вами интересе к нашей бывшей родной планете. Я искренне уверяю вас в том, что единственным нашим интересом в жизни и делах планеты Земля, будет… Туризм! Надеюсь, этим вопросом мы сможем заняться на досуге, без привлечения множества дипломатических работников и без того слишком сильно занятых своим непростыми делами?

Арчи широко улыбнулся и кивнул в ответ, соглашаясь с предложением Мила.

— Вот чертяка, как по писаному чешет! — Восхитился Юрьев.

— Всё. Теперь пукать поздно. — Подвёл черту, Мишт. — Империя очень не любит засранцев…

Многообещающий взгляд представителя Службы колонизации, в ответ на подмигивание сурового офицера Карантинной Службы, не оставил равнодушных. Лейтенант расплылся в улыбке, капитан "Арии" поежился, а Мостовой о чём-то задумался.

О чём-то таком, что если я его сейчас не остановлю — будет глупость!

Привычно натравил рабыню — пусть поджарит "старому коммуняке" пятки, а то, не ровен час, кинется ведь наш "с горячими ушами" спасать всех подряд.

В отличии от нас, Ромм ещё остался чист душой и верен заветам Эдмундыча, а значит, способен на все чудеса мира ради спасения униженных, обездоленных и оскорблённых.

Фейерверк, устроенный Йари, отвлёк не только Мостового, но и вновь перепугал окружающих: не скоро ещё привыкнут наши, что некоторые искры не смогут опалить даже нити паутины, а взвивающиеся языки пламени не причинят вреда магу огня.