Дважды повторять не пришлось…

* * *

— А я их убью, — сказала Шиза, нервно вышагивая из угла в угол. — Хы-хы. Всех убью. Совсем всех. Рифт ведь не закроется, я правильно понимаю?

— Ты правильно понимаешь, — буркнул я, не поднимая глаз от бумаги.

Пока все мои родственники на разный лад предавались чувствам, я сидел на диване и наскоро записывал слова матери, пока те ещё были свежи в голове.

— Ну вот и отлично! — Шиза продолжила заводить сама себя. — Завтра же начинаю с утра до ночи фармить боровов. Наколочу уровень, подниму армию мертвецов и устрою им весёлый халовин. Да-да, точно устрою. Они у меня…

— Лиз, хватит, — попросил я сестру. — Успокойся.

— Да как тут успокоиться⁉ — сквозь слёзы закричала Соня. — Ты слышал вообще⁉ «Заберите меня отсюда»!

— Да, Яр, — надтреснутым голосом сказал необычайно мрачный Лёха. — Надо что-то делать. Надо её как-то вызволять.

— Да надо её вызволять, кто ж спорит-то⁉ — тут уж я не выдержал, отложил бумагу и перешёл на крик. — Вот только кроме как инфантильно потрясывать кулачками, мы сейчас нихрена сделать не можем! Вы вообще видели тот отряд, который шёл перед Кольцовыми⁉ Видели, как они хаоситов пачками вырезали⁉

— И что тепе…

— И то теперь, Лиз! Нехер тут храбриться перед нами, в квартире и в безопасности! Правда в том, что нас угандошат сразу же, при первой попытке приблизиться! А мать тем временем дала нам инструкцию о том, как прокачаться! Если вы хотите дальше эмоционировать и заострять внимание на «заберите меня отсюда» — вперёд, пожалуйста, только мне не мешайте! Но лучше бы сейчас отставить все эти сопли и нюни, и вместе подумать над тем, что могут значить все её сло…

— Привет, — за собственным криком я не услышал, как в квартиру зашёл батя.

Когда мы выбрались из рифта, его дома не было. А ещё почему-то очень сильно воняло гарью, и кухня была вылизана, как у кота яйца. Вполне возможно, что у бати на почве трезвости врубился режим золушки; с ним такое периодически случалось.

— Как дела? — спросил мой родитель. — Что-то случилось?

— М-м-м…

Я задумался.

А стоит ли вываливать всё это на отца? И почти сразу же решил, что не стоит. Рано пока. Его это, конечно, касается чуть ли не в первую очередь, но пока у нас нет никакой конкретики — пусть лучше поспит спокойно.

— Да нет, бать, — ответил я. — Всё нормально.

— Сонь? — нахмурился батя. — А ты чего плачешь?

— Да-а-а, — сестра махнула рукой и утёрла рукавом нос. — С кольцом этим сраным ничего не получается.

— Ну ты не переживай, получится ещё, — успокоил её родитель, а затем внимательно оглядел каждого из нас. — Вы все какие-то странные. Точно ничего не случилось?

— Точно, бать, — сказал я. — У тебя что нового?

— Ничего, — коротко ответил мой родитель, а затем молча ушёл на кухню и начал там чем-то очень активно шебуршать.

В комнате воцарилась тишина. Отчасти напряжённая, отчасти виноватая, отчасти по-прежнему говнистая, — это я про сопящую Шизу. Не представляю даже, как сейчас неловко бедняге Ходорову наблюдать изнутри за нашими семейными дрязгами.

Ну да ладно…

Поймав наконец-таки благословенную тишину, я ещё раз перечитал «пророчество» матери. «Рома знает». Так… И что же он знает? Про Архитекторов явно не к нему, падение какого-то старейшины тоже, а вот «посмотри на свадьбу»…

Это уже ближе.

Так-так-так.

— Бать! — крикнул я.

Родитель в этот момент уже вернулся из кухни в прихожую и натягивал ботинки.