— Спасибо!

Будто Дедушка Мороз в прочтении Балабанова, Роман Романович закинул на плечо здоровенный чёрный мешок с расчленёнкой и шустро посеменил прочь с рынка.

— Сдачу забыли!

— Ай, — махнул рукой Роман Романович.

Не время думать о копейках, когда его сын, — его кровинушка вот уже почти полные сутки! — умирает без свежей плоти.

По пути его никто не остановил, и даже не спросил в чём дело. Просто ошарашенного вида мужик, который бежит в сторону городского отшиба с мешком, из которого тонкой тягучей струйкой вытекает кровь. Эка невидаль. Живи как хочешь и дай жить другим, как того хотят они, — негласное кредо жителей Шараповки и Станционной.

— Батя здесь! — крикнул Роман Романович, открывая двери фургона. — Батя рядом! Ну как он⁉

— Приходил в себя, — сказал Борис. — Но ненадолго.

Оба дракончика, — Олег и Принцесса, — сейчас окружили своего больного брата и беспомощно глядели на то, как жизнь покидает его ослабшее тело.

— Плоть! — Апраксин закинул мешок в фургон, отчего тот порвался и субпродукты хлынули наружу, как рыба из сетей на палубу рыболовецкого траулера. — Толкните его! Пусть ест!

Однако толкать никого не пришлось. Сперва у Антракса дёрнулись ноздри, — дракон принюхался к субпродуктам, — затем он приоткрыл глаза, осмотрелся и прямо так, не поднимаясь, схватил зубами куриный остов.

— Ешь, маленький, — по-доброму улыбнулся Роман Романович. — Ешь…

Мало-помалу, к Антраксу пришёл аппетит. На пару с Олегом они пожирали обрезки мяса и смачно разгрызали хрящи. Чёрный дракон довольствовался теми, что поменьше, ну а серый великан нашёл в себе силы покуситься на баранье колено.

— Батя, — сказал Антракс, как только в достаточной степени пришёл в себя. — Это плоть, но это… падаль. Разреши мне охотиться самостоятельно.

— Стоп!

Охотиться, — подумал Роман Романович, — ну да, как же.

Технически, на берегу Яузы живность водилась. А если быть точнее: утки, ондатры, бобры и бродячие собаки. Но! Ондатру просто так не поймаешь, покуситься на городского мытищинского бобра себе дороже, — на эту дуру надо ходить с ружьём и рогатиной, — а собачек Роману Романовичу было по-человечески жалко.

Оставались утки.

В целом, вариант. Вот только какова вероятность того, что драконов заметят за охотой? И что будет в таком случае?

Судя по недавним рассказам, даже его родные дети, — ну… те, которые биологические, — уничтожат драконов при первом же удобном случае, так чего же тогда ждать от незнакомых людей? Да и потом, Роман Романович начал разглядывать потенциал в том, чтобы быть Батерью Драконов.

Какой — пока непонятно, но он определённо есть. Надо только выкормить дракончиков. Подождать до тех пор, пока они смогут постоять за себя самостоятельно.

Однако вместо того, чтобы поговорить с драконами по душам и озвучить эти мысли, Роман Романович врубил токсичную гиперопеку.

— Антракс, ты ещё слишком маленький, — сказал он. — Тебе рано охотиться.

— А вот и нет!

Чёрный дракончик встал в позу, расправил крылья и… дыхнул огнём.

Да, он всего лишь хотел продемонстрировать отцу свою мощь, но в итоге получилось так, как получилось. Вязкое драконье пламя попало на синтетическую ветровку Романа Романовича, и та тут же вспыхнула.

Вспыхнула его борода. Вспыхнули волосы. Но хуже всего то, что вспыхнули деньги, которые Роман Романович хранил во внутреннем нагрудном кармане, поближе к сердцу.

— Батя! — заметался Антракс, как только понял, что же натворил. — Батя, прости!

Но батя уже не слушал.