Осторожно выбравшись из кустов, Сосновский заметил на тропе отпечатки кроссовок.

Ну, точно! Отправилась пешком на Чертову гать! Туда даже на велике не проехать – урочища одни да овраги. А зачем ей на Чертову гать? Да кто ее знает… Проследить? Или лучше убираться поскорее домой, подобру-поздорову…. Ага! Дома-то она и пристрелит! Нет, лучше уж проследить… А возвратившись, заявить участковому… Или, по крайней мере, слухи такие пустить – мол, неустановленная женщина стреляла в людей из пистолета, начато расследование… ищут… Так и нужно сделать, да! Пока же…

Антон зашагал по лесной тропе, сначала с осторожностью, медленно, а потом все быстрее и быстрее…

Вершины высоких сосен рвали над головою небо, угрюмые ели покачивали своими колючими лапами, словно хотели схватить, задавить, задушить… Эх, путник, зря ты сюда пришел… зря!

Деревья неожиданно расступились, показались чахлые кустики, камыши, рогоз… сразу за ними начиналась трясина. Болото и знаменитая Чертова гать! По которой лучше не ходить…

У самого края гати четко отпечатались следы – кроссовки! Размер девичий, женский… Что же ее, на гать понесло? Себе на погибель…

Вечерело, оранжево-золотистое солнце уже пряталось за деревьями, над болотом сгущался туман… Еще немного – и стемнеет, и тогда отсюда не выберешься. Придется здесь же и ночевать… или сгинуть!

Невольно поежившись, Антон вздрогнул, услыхав прокатившийся над трясиной стон, протяжный, гулкий и злобный!

Кто бы это мог так выть? Болотные демоны? Оборотни? Ожившие мертвецы? Вот-вот полезут сейчас из болотной жижи, протягивая корявые когтистые лапы…

Снова раздался вой, но уже в отдалении, затихая… И какой-то стук…

Тьфу!

Сплюнув, молодой человек громко расхохотался!

Черт побери… Электричка! Ну да, железная дорога-то рядом, километрах в двух, а если напрямик, по гати – так и того меньше!

Девчонка, верно, неплохо знала маршрут… Наверное, карта у нее имелась. Если уж решилась по гати… А что? Теперь уж ее не сыщешь! Села на электричку – и прощай! И никому ничего не докажешь… Девушка? С пистолетом? Да вы в себе ли?

Отсидится где-нибудь и будет дальше вредить. Ежели, правда, успеет…

Вот именно – если успеет. Следовательно, самим-то надо бы поспешить и… не худо бы подобрать какое-нибудь другое место. Где-нибудь неподалеку, но так, чтоб никто из местных не знал…

Спрятаться лучше всего в городе! В Ивангороде, да… Снять квартирку и не отсвечивать… Впрочем, это касается Щеголева, сам же Антон в это время… А в общем, как пойдет, как карта ляжет.

Хмыкнув, молодой человек зашагал по тропе прочь, к дому… вернее, к брошенному у повертки велосипеду.

Ночь прошла спокойно. Никто под окнами не ходил, из пистолета не стрелял… вообще ничего такого непонятного не происходило. Разве что с утра у той же Клавдии Степановны удалось выяснить про девчонку…

Да, собственно, и выяснять-то особо не пришлось, соседка сама все и выложила – с большим удовольствием. Даже раскраснелась от некоего радостного возбуждения – новость-то для сельской местности была вовсе не рядовой!

– Про Надю, Элькину жиличку-то слышали? Так вот – сбежала она! И велик с собой увела… А до того на почте расписание электричек спрашивала… Вот ведь аферистка-то! Кто мог подумать? Хорошо хоть за комнату заплатила заранее…

Так вот…

И все же следовало поторапливаться – и тут Виктор Иванович был полностью согласен, еще раз повторив, что с каждым днем шансов отыскать Веру становится все меньше и меньше.

– Время работает против нас, друг мой!

Про выстрелы и пистолет, к слову сказать, Антон своему напарнику не рассказывал.