— А-а, вы их боитесь!

— Нет, что вы!

— Тогда слушайте.

— С одним герцогом, который жил тут в четырнадцатом веке произошла престранная история. Что вы молчите, почему вы не спросите «какая»?

— Какая?

— Он умер.

— Любимая Мадлен! Я бы больше удивился, если бы он был до сих пор жив. Это что шутка?

— Какие уж тут шутки. Он просто умер странно.

— Как?

— А! Заинтересовались! Он много выпил с друзьями, потом залез на крышу, подошел к ее краю, раскинул руки и полетел…

— Куда!?

— Вниз.

— Какой я осёл! Мог бы и сам догадаться. Это тоже шутка?

— Нет, это серьезно! Теперь его призрак летает по замку. А одна графиня гуляла в яблоневом саду замка, вдруг ей на голову упала шишка и она умерла.

— Кто шишка? — пошутил Макс.

— Нет, графиня.

— Вы внимательно читали летописи, может, то был кокосовый орех?

— Орехи тут не водятся.

— Интересно, милая, откуда взялась шишка в яблоневом саду?

— Не знаю, это было в шестнадцатом веке.

— Понятно, — сказал Макс, зевая, — спокойной ночи!

— Нет, нет, нет, спать я вам не дам, я вам еще не про всех родственников–призраков рассказала.

«О, разрази меня гром! Ну, разрази, что тебе жалко что ли!» — подумал Робеспьер.

Глава 7. Утро в замке

Мадлен проснулась и, удивленно окинув взглядом комнату, спросила:

— Который час?

— Одиннадцать, — ответил Макс, который, устроившись в кресле, читал книгу.

— Так рано! А во сколько вы встали?

— Я сегодня проспал, и встал в восемь.

— Ничего себе проспал! — удивилась Мадлен. — А теперь выйдете, мне надо одеться. Я же замуж выхожу! Хотя, нет, просто отвернитесь. Не подглядывайте.

— Смею вас заверить, у меня нет глаз на затылке.

— Кто вас знает. Ох, чувствую, новый год тут будет скучноват. Даже елки нет, а то бы я ее нарядила. Слушайте, Макс, давайте–ка я вас наряжу!

— Простите, дорогая, но я не елка!

— Я заметила. Так елки же нету.

— У вашей тети есть кактус. Будет мило, если вы его нарядите!

— Нет, кактус колючий.

— А елка?

— Тоже. Нет, наряжать я ничего не буду. Макс, что вы от меня отвернулись, вы что обиделись?

— Мадлен, извините, но вы же сами просили.

— Вот, чуть что, я виновата! Кстати, вы не знаете, мне приготовили утреннюю ванну?

— Да, мадмуазель, только что! — ответил Макс с поклоном.

— Вот так со мной и разговаривайте! — Мадлен улыбнулась.

У Макса появилось еще несколько спокойных минут, чтобы почитать. Из ванной доносилось пение девушки.

— Эй, потрите мне спину!.. Нет, не надо, я замуж выхожу! — крикнула она.

— Очень рад! — ответил он. — О боже, что я говорю!

Макс погрузился в чтение и не заметил, как, приняв ванну, Мадлен подошла к окну.

— О-о! Макс, какой красивый вид, какая живописная полянка, смотрите! — воскликнула она. — Смотрите! Вы же любите природу.

— Да, полянка красивая.

— Я сейчас ее нарисую, где мои краски!

Мадлен извлекла этюдник, установила его у окна, приготовила краски кисти.