Чэд сразу стал серьезным.

– На сколько?

– Пока я не дам тебе знать. Я и сам в любом случае не могу, ты же знаешь, остаться здесь навсегда. Пусть Пококи приезжают, – закончил он.

– Потому что вы выигрываете время?

– Да – выигрываю время.

Чэд, видимо все еще не понимая его мотивов, добрую минуту молчал.

– Вы не хотите возвращаться к матушке?

– Не сейчас. Я не совсем готов.

– Почувствовали, – Чэд заговорил каким-то своим особенным тоном, – прелесть здешней жизни?

– В высшей степени, – не побоялся признаться Стрезер. – Ты же и помог мне почувствовать ее в полной мере, так что вряд ли тебя это должно удивлять.

– Меня это нисколько не удивляет, только радует. Но куда, дорогой мой сэр?… – продолжал с наигранным ужасом Чэд. – К чему это вас приведет?

Вопрос этот вдруг странным образом обнаружил, что они поменялись ролями, и, едва произнеся его, Чэд рассмеялся, а глядя на него, рассмеялся и Стрезер.

– Надо думать, к твердому решению, проверенному опытом и закаленному в огне… Ах, если бы, – вырвалось у него, – ты в первый мой месяц здесь согласился уехать со мной!..

– И что тогда? – вставил Чэд, когда Стрезер, словно под тяжестью охвативших его мыслей, вдруг замолчал.

– Тогда мы были бы уже дома.

– Да, но за счет ваших удовольствий.

– У меня был бы на них целый месяц. Зато сейчас, если хочешь знать, – прибавил Стрезер, – я получаю их столько, что мне хватит до конца моих дней.

Чэда эти сетования явно позабавили и заинтересовали, хотя далеко не все казалось ему ясным – частично потому, что с самого начала требовало от него немалых усилий, чтобы разобраться, какой смысл Стрезер вкладывал в понятие «удовольствия».

– А что, если я бы вас бросил…

– Бросил?…

– Да. Всего на месяц-два, пока я обернусь туда и обратно. Мадам де Вионе, – Чэд улыбнулся, – присмотрела бы за вами в мое отсутствие.

– Ты поедешь домой, а я останусь здесь? – На мгновение их глаза вновь встретились. – Что за бред! – воскликнул Стрезер.

– Но я хочу повидаться с матушкой, – мгновенно возразил Чэд. – Помилуйте! Я так давно ее не видел!

– Да, давно. Вот оттого-то я поначалу очень круто разговаривал с тобой, убеждая ехать. Ты вполне показал нам, что превосходно обходишься без свиданий с ней.

– О, – сказал Чэд, сияя, – я сейчас не такой. Я стал лучше.

Он упивался легкой победой, и Стрезер снова расхохотался.

– Жаль, что не хуже, тогда я знал бы, как мне с тобой поступить. Заткнул бы рот кляпом, связал по рукам и ногам и притащил бы, упирающегося, дрыгающегося, прямо на пароход. Интересно, так ли уж сильно тянет тебя повидать матушку?

– Так ли уж сильно? – Чэд, видимо, затруднялся дать ответ.

– Да, так ли уж сильно.

– Ну… вы сами меня растормошили. Сейчас я, право, ничего не пожалел бы, чтобы ее повидать.