-  Красивая история, - хмыкнул я. И добавил про себя: «Уж слишком на сказку похожа. Впрочем, почему похожа? Сказка и есть. Дремучие необразованные крестьяне стращают сами себя, побоявшись гнева чародея». - А почему проклятие пало на всех? Ведь преступление совершил твой сын.

    -  Мы помогали ему, - виновато сказал староста. Хлюпнул носом, вытер выступившие на глазах слезы раскаяния. - Мы убивали чародея и его возлюбленную все вместе. Ведь это мой сын, а то человек пришлый, чужой, чернокнижник к тому же. Да и невеста его не нашего роду-племени.

    В груди стала разгораться тяжелая черная злость. Я глубоко вздохнул, передернул плечами. Еще в детстве от стариков в своей деревне слышал, что раньше были более жестокие обычаи. В те времена по Свободным Землям рука об руку гуляли повальный голод и эпидемии. И люди, чтобы хоть как-то задобрить богов, приносили в жертву односельчан. И ладно бы стариков, не способных помочь по хозяйству, калек или убогих каких-то… Так нет же. Детей! Мать могла бросить в костер собственную дочь или сына, ибо верила и надеялась, что остальные дети выживут благодаря жертве. Оправданная жестокость. Чтобы кто-то жил - кто-то должен умереть. Но со временем обычай исчез, маги справились с голодом и болезнями, а жизнь стала проще и лучше. Однако натуру людей не изменить, по крайней мере не так быстро. Так звериное нутро и осталось. И если стоит выбор - чужой или свой, выберут своего, даже если он не прав. Род и племя - главное.

    -  Скоты, - медленно произнес я. - Ну какие же скоты! С чего мне вам помогать? Вы вполне заслужили наказание.

    Староста отшатнулся от меня, тихо всхлипнул. По толпе пробежал глухой стон затаенной боли и страдания. Женщины рыдали, мужчины угрюмо сжимали кулаки, хмурились, но молча.

    -  Мы поняли, чародей, - глухо сказал старик. - Мы поняли свою вину. И приняли наказание. Уж поверь. Избавь нас.

    «Что им от меня надо? - подумал я устало. - Дикари. Балаган развели с проклятиями, убийствами и прочей дурью. Чародей какой-то непонятный, посох почему-то упомянули. Маги уже лет триста с посохами не ходят, это я такой дурак, смастерил себе. Эх, в Гент бы сейчас! Упасть на кровать и поспать. А завтра на работу, големов оживлять…»

    -  Помоги, чаровник! - зашумела толпа. - Помоги, ради богов…

    Люди замолчали, не дышали даже, по-моему. На лицах - надежда и страх. Страх, что могучий «чаровник» передумает. Я поколебался: не люблю, когда смотрят гак, будто от меня зависит судьба всего мира.

    -  Что нужно делать? - сдался я.

    -  Снять проклятие! - просипел староста, затрясшись от счастья.

    -  Э-э-э… Как?

    -  Тебе лучше знать. Ты же чародей!

    Хм… И не поспоришь. Не скажешь же, что тебя в университете проклятия снимать не учили. Несолидно как-то. А марку надо держать. Хотя она и так уже ниже плинтуса. В Генте волшебников ни во что не ставят. Да и какие мы маги? Маг - это нечто великое, мудрое и сильное. А мы так, колдунишки… Каждый знает и умеет что-то одно, какие-то крохи. Специализация, мать ее! Разделение труда!

    Так, попробуем зайти с другой стороны.