Когда всадники подъехали к переправе через озеро (сейчас на том месте как раз мост), их встретили костромичи с оружием. Битва была кровавой и ожесточенной, у татар было численное преимущество, поэтому костромские воины противников не щадили и жестоко убивали. Сколько тогда полегло человек – неизвестно, но бо́льшая часть отряда татаро-монголов встретила смерть в озере, когда бросились они бежать, но стрелы догнали. Это была первая в истории победа русского князя над татарами.

По легенде, костромичам помогла икона Федоровской Божьей Матери, которая ослепила врагов. В честь этой битвы на берегу озера поставили крест, а затем построили часовенку, которой сейчас уже нет.

В этих краях в старину существовали магические ритуалы. Например, пронимание (протаскивание в отверстие). Детей протаскивали в дупло или развилку священного дерева. В дупле (развилке) оставляли старую одежду малыша (по поверью, вместе с болезнью). Этот ритуал излечивал от болезней – грыжи, испуга и прочих проблем.

Еще один ритуал перерождения, избавления от болезней и невзгод заключался в купании в водоеме, где на ветках ближайших деревьев оставляли свою одежду.

Люди вставали в след на священном камне, чтобы избавиться от болезней, в первую очередь женских.

Дождевую воду из углублений в камнях использовали для протирания глаз, иногда воду проливали на камень, затем собирали, а потом поливали ею рожениц и младенцев.

Как и в языческих волжских марийских обрядах, здесь у святых источников и в выемках камней оставляли металлические деньги, а ветви деревьев увешивали приношениями паломников, лоскутами ткани, полотенцами, одеждой, которую больные оставляют на месте после ритуала.

Со времен племени меря ходят сказания о мертвых людях «еле».

– Солнце-красное, Луна-белая, где были?

– На том свете.

– Что вы там видели?

– Еле, мертвых людей.

– Что они делают?

– На вас смотрят…

Вот жуть же, правда? У Ф. И. Буслаева в «Опыте областного великорусского словаря», изданном Вторым отделением Академии наук СПб. в 1852 году, есть слово «еле» – «нечистая сила» (ударение неизвестно) зафиксированное только в Костромской губернии. Если это не искаженное или неправильно записанное Буслаевым верхневолжское слово «ёлс» – «леший», «черт», то, возможно, оно пришло из языка меря, и в костромском диалекте с ним связано много слов и выражений: ёла – «удача», неёла – «неудача», ёлусь па ёлусь – «живи-поживай», «пусть будет и будет».

Говорят, еле – «нежить», неупокоенная, обитающая в пограничных мирах. Костромичи в старину устраивали шуточные похороны и мазались сажей, чтобы отогнать от себя нечистую силу. Люди верили, что в Рождество открывалась граница с потусторонним миром, и придумывали разные обряды для защиты.

В Костромской области было принято наряжаться кулешменцами. По поверьям, кулешменцы – это существа, живущие в воде, черти или водяные. Кулешменцы выбирались на сушу в период от Рождества до Крещения, чаще всего являлись в образе бабы с ребенком.

Парни любили наряжаться кулешменцами и пугать девушек. Костромичи выворачивали тулупы, мазали сажей лица и ходили в таком виде по деревням.

Шуточными похоронами не только отпугивали нечисть, но и пугали соседей, делали страшные маски, мазались белилами, сажей и делали себе большие зубы из репы.

– Слушай, – спросила я знакомого, серьезного и ответственного военного психолога, – неужели в этот что-то есть? – и приготовилась к лекции, какая же все это чепуха.

– Помню, бабушка рассказывала, как у нее в деревне ведьмы на метле летали.