Случилась она в начале XVII века и связана со вступлением на российский престол династии Романовых.

Пятнадцать лет (а по мнению некоторых историков, все восемнадцать) длилось Смутное время, когда междоусобицы, вторжения, экономические потрясения (говоря современным языком) сотрясали государство. Нужно было восстанавливать государственную власть, а для этого нужен был царь.

В качестве возможных претендентов на корону выдвигались родовитые русские князья и дети татарских ханов, но после множества споров и даже интриг выбор пал на 17-летнего Михаила Романова, который приходился двоюродным племянником последнему царю Федору Ивановичу и принадлежал к одному из наиболее древних московских боярских родов. Окончательное решение о выборе нового государя должен был принять Земский собор; во все города разослали грамоты с просьбой прислать выборщиков из числа духовенства и боярства, воевод и выборных из ополчения и прочих сословий. И наконец 21 февраля 1613 года было объявлено об избрании нового царя, Михаила Федоровича Романова.

14 марта посольство прибыло в Ипатьевский монастырь в Костроме, где находились тогда Михаил Романов и его мать, инокиня Марфа. Но на просьбу принять престол в ответ послы услышали «плач с великим гневом». Долгих шесть часов без перерыва молили послы согласиться, но безрезультатно. Пришлось использовать последнее средство – умоление иконой. С чудотворным образом стали они просить и говорить о том, что наступит скорбь и печаль, поскольку государство будет окончательно разорено неприятелями, а православная вера погибнет. Попугали: за все это и за кровь невинных жертв Бог взыщет с Марфы и Михаила.

Тут уж деваться было некуда. Но и после согласия Михаил Романов не спешил в Москву, добираясь туда долгих семь недель. Все это время в Москву и к самому царю шли грамоты и целовальные записи о присяге на верность новому государю. Но не все города сразу приняли нового царя: насмотрелись на коронации, выжидали. Среди земель, занявших выжидательную позицию, оказалась Казань, откуда не спешили присылать выборщиков на собор и не отвечали на грамоты из Москвы. Лишь 25 марта были привезены грамоты о присяге всех казанцев во главе с митрополитом Казанским и Свияжским Ефремом на верность Михаилу Романову.

Мирское имя и происхождение митрополита Ефрема неизвестны, предположительно его фамилия Хвостов, и также предположительно до избрания митрополитом Казанским и Свияжским он был насельником Спасо-Преображенского монастыря в Казанском кремле. На казанскую кафедру Ефрем попал в июле 1606 года, когда казанский митрополит Гермоген был избран патриархом Московским.

В Смутное время митрополит Ефрем вместе с казанскими воеводами В. П. Морозовым и Б. Я. Бельским управлял Казанью и Казанским краем, поддерживая царя Василия Ивановича Шуйского. После создания первого народного ополчения он передал в благословение список с чудотворной Казанской иконой Божией Матери. Находившийся в заточении патриарх Гермоген сумел передать грамоту в Нижний Новгород, в которой через новгородцев обращался к митрополиту Ефрему: «Пишите в Казань к митрополиту Ефрему: пусть пошлет в полки к боярам и к казацкому войску учительную грамоту, чтобы они стояли крепко за веру и не принимали Маринкина сына на царство, – я не благословляю». Святитель Ефрем выполнил завещание патриарха: он разослал призывные грамоты по многим городам Поволжья, в которых призывал стойко стоять за единение с Москвой, за независимость Российского государства от посягательств самозванцев.

После мученической кончины патриарха Гермогена в заточении 17 февраля 1612 года третий по чести среди российских иерархов Казанский митрополит Ефрем стал местоблюстителем Патриаршего престола (второй по чести в русской иерархии митрополит Новгородский был отрезан от Москвы шведской интервенцией на севере России).

Корпус бывшего Спасо-Преображенского монастыря

Поэтому Великий Земский собор 21 февраля 1613 года прошел под его председательством, на соборе избрали нового царя – Михаила Романова, а митрополит Ефрем первым подписал Грамоту об этом избрании.