— Может предупредить Петра?

— Можно, — согласился Леопольд. — Только он и так все знает. Слышал, что он бросился войска готовить во множестве со всем рвением? Думаешь, просто так?

— Но откуда он знает?

— Петр всеми своими делами показывает, что еще раньше нас узнал о готовящейся беде. Тут скорее нужно спрашивать — почему он это выяснил вперед нас.

— Может быть это совпадение?

— Петр одержим морем. Он победил. Пробившись и к Черному морю, и к Балтике. И с персами дружбу водит, укрепляя торговлю. Да Бремен-Ферден получил. Ему сейчас самое то — корабли строить. А он за солдат взялся. Да с таким рвением, что удивление берет. Нет, сынок. Таких совпадений не бывает.

— А как мы можем этому всему помешать?

— Если наши войска потерпят поражение в Италии — никак. И будь бдителен. Французы почти наверняка попытаются поднять восстание в Венгрии. Пойдут ли на это венгры? Вот вопрос. Но…

— Что?

— Но это то, что на поверхности. А вот дальше начинается гадание. Как Петр покажет себя в этой войне? Здесь все очень сложно. Нам его поражение не нужно, равно как и победа. Если он слишком укрепиться, то станет представлять угрозу уже для нас. Но если мы полезем с русскими бодаться, то можем сделать себе еще хуже. Ведь нам они нужны как союзники… Все очень непросто.

— Так может эта заварушка — не для сдерживания России? А чтобы поссорить нас?

— Сынок, одно второму ничуть не противоречит. Людовик — очень опытный игрок. В 1654–1667 года Россия один на один разгромила Речь Посполитую. Просто разнесла в пыль ее армии, которые с тех пор не улучшились. И только из-за избыточных амбиций их правителя, что жаждал разделить Речь Посполитую и стать Великим князем Литовским, война затянулась более чем на десять лет. И закончилась для России весьма скромными успехами. Как пойдет в этот раз я не знаю. Но все говорит о том, что войска именно поляков и литвинов русские разгромят. Причем быстро. После чего завязнут в переговорах. Скованные там. С юга же на них будут надвигаться османы, оттягивая силы уже на себя. Как оно все сложится — не знаю. Но и развал Речи Посполитой нам не нужен. Все очень сложно… эта война нам вообще не нужна. И если получиться ее избежать — ее нужно избежать.

— В наших интересах, чтобы по итогам войны все разошлись без приобретений территориальных. Я правильно тебя понял, отец?

— Правильно. Хотя я не уверен, что это возможно. Французам же нужно очевидно нечто иное. Чтобы русские либо усилились чрезмерно, либо ослабли. В первом случае мы можем оказаться в еще более опасной ситуации чем сейчас. Все-таки Речь Посполитая — это хаос. А османы — бардак. И в принципе, опираясь на крепости, мы в состоянии сдерживать их относительно малыми силами. А вот Россия… она показывает себя не хуже шведов. И ее амбиции подкреплены хорошей армией, растущим порядком внутри страны и толковыми правителями… В этом и беда. Она нам нужна. И ее дружба с Персией. Но если этот медвежонок станет большим медведем — с ним придется считаться. И с его аппетитами.

— А это нам совсем не нужно. — медленно произнес Иосиф. — Тем более зная и дружбе русских с протестантами.

— Вот именно… — кивнул Леопольд.

— Задачка…

— На то и расчет. — тяжело вздохнув, произнес отец. — Если нас не связывать войной в Италии, мы сможем вмешаться и предотвратить эту заварушку на востоке. Что в наших интересах.