Тут и большой композитный лук. Не ростовой, конечно, но по плечо уж точно. Быстрый и добротный, позволяющий работать тяжелыми стрелами, каковых на каждого имелось по четыре колчана в два десятка «пернатых дружков».

Это само по себе хорошо.

Прям очень.

Судя по всему, их лук получался, наверное, лучшим пехотным луком в истории человечества.

Под стать ему было и снаряжение. У каждого шлем парфянского образца и чешуя. Короткая и без рукавов, но чешуя. Ну и меч на поясе — обычная римская спата…

— А какие условия найма?

— Нам оплатили пять лет службы и обещали полное содержание за счет нанимателя.

— Пять лет⁈ — немало удивился Берослав. — Зачем там много?

— Наем очень опасный, таковы были наши условия. Деньги мы передали семьям.

Берослав покивал.

Получалось интересно, неожиданно и очень приятно. Осталось только понять — в чем подвох? Эти родственнички из Александрии могли на собственных кишках от жадности удавиться. А тут такой подарок…

* * *

А в это время шел сложный разговор где-то в Александрии…

— Все это очень странно… — медленно произнесла верховная жрица Исиды[2].

— После последнего разлива Нила вернулся мой человек. — ответил верховный жрец Сераписа[3]. — Он сопровождал купцов, что по осени ездили за бумажными деньгами. И ему довелось все увидеть своими глазами. Посмотреть. Пощупать. Его слова я и пересказал.

— Если все так, то он не человек. — заметил третий жрец.

— Местные уабы[4] тоже так считают, — ответил верховный жрец Сераписа свои синие с пурпуром одеяния.

— Воплощение?

— Кто знает. Очевидно то, что ему открыты многие тайны небес. И… — мужчина замешкался, доставая свиток. — Поглядите, какие знаки оставляет всюду[5].

— Интересно. — ответила верховная жрица Исиды, рассматривая зарисовки с пояснениями. — И ведь правильно их использует.

— Да. Мой человек этому тоже крайне удивился и попытался выяснить. Спрашивал многих. Уличенный в этом был приглашен к Берославу и долго разговаривал с ним, объяснив свой интерес удивлением и тем, что он сам из Египта.

— И что же?

— Он очень много знает про наши земли. Слишком много. Например, Берослав рассказал о том, как устроены внутренние помещения в пирамиде Хуфу. Более того, ему известно, что внутри никто не погребен. Но ее печати не вскрывали несколько веков.

— Что-то еще?

— Он много говорил про Рамзеса Великого, Эхнатона и почему-то сына последнего — Тутанхамона. Их правильные имена он не знал[6], но о жизни и делах недурно осведомлен. Настолько, что даже утверждает, будто бы Тутанхамон в спешке был погребен в маленькой пирамиде, засыпанной песками в Великом месте, которое он назвал Долиной царей. И что его погребение стоит неоскверненное — одно из немногих.

— Интересно… очень интересно… — словно кошка промурлыкала верховная жрица Исиды. — А это так?

— Кто знает? Впрочем, откуда дикому северному варвару вообще знать о наших древних правителях? Да еще такие подробности? Врет или нет — не знаю. Я пока смог проверить только то, что сын Эхнатона действительно был погребен в Великом месте. Однако ныне его гробница сокрыта, и никто не знает, где она.

— А что еще он говорил? — подался вперед один из высокопоставленных жрецов.

— Он проповедует. Не всегда явно, но последовательно.