– Но ты же ведь не хочешь повесить на себя мокрое дело, Том? В этом нет никакой выгоды.

– Кто как считает. Видишь ли, я не собираюсь снова садиться в тюрьму. Меня уже тошнит от этого. Как говорится, сыт по горло.

Пока Том перечислял все обиды, нанесенные ему Джейком, сам Джейк вдруг с поразительной ясностью осознал одну вещь. Напряжение сжатых кулаков и громкий стук сердца словно разбудили его. Он удивился, почему это понимание такой простой истины пришло к нему так поздно. Он не хотел умирать! Ни в это туманное утро, ни в какое другое. И это не было страхом. Он смотрел в глаза смерти не единожды, но никогда не испытывал такой поразительной жажды жить.

Сейчас, когда Джейк ощущал пистолет под рубашкой, у него не было времени анализировать причины. Он скорее чувствовал, чем осознавал, что у него есть для чего жить. Почти безумное в данной ситуации предвкушение настоящего, большого человеческого счастья вскружило Джейку голову, и следом пришло объяснение его внутреннему оживлению: Мэгги!

Он глухо застонал. Мэгги? Да, это она стала смыслом его жизни. Женщина, которая неожиданно для него стала его судьбой. Она превратила его жизнь в ад, но она же и помогла ему испытать счастье почти неземного рая. В этот решающий момент мысли Джейка были о ней, о Мэгги. Разные, они как бы боролись между собой, наслаиваясь одна на другую. Возможно, Маргарет Бентли следовало, как бутылку плохого ликера, откупорить и выбросить. Но сейчас Джейк не мог допустить даже в мыслях, что никогда уже не увидит ее. Лучше уж сразу умереть…

Дулом ружья вор толкнул Джейка в плечо:

– Эй, Стоун, ты меня слышишь? «Помоги мне, господи!» – горячо молился Джейк. А в ответ на вопрос бандита произнес дерзко:

– Я не слышал ни слова из твоей бредовой речи, Том. Я думал о женщине.

– О женщине? В такой момент?! Дьявол, твою башку нужно срочно продырявить!

Холодный металлический ствол уперся в затылок Джейка. Вот-вот прогремит выстрел. Внезапно Джейк со всей силы ударил каблуком, попав точно в колено Тома. И выстрел прогремел, но уже тогда, когда Том-Пройдоха, потеряв равновесие и скрючившись от боли, падал на спину. Джейк нагнулся и поднял хлыст. Он довольно быстро связал противника по рукам и ногам. Тот лежал, как бревно.

– Кажется, твоя полоса везения кончилась. – Джейк поднял ружье Тома и приставил к его груди. – Я должен бы помочиться на тебя, Том, и разрядить ружье в твое поганое сердце. Но я сейчас в очень хорошем настроении. Так что можешь называть меня глупцом, – Джейк лукаво улыбнулся, – но перед тобой счастливый человек с будущим. И только по этой благословенной причине ты сейчас жив.

Соскочив с лошади, Джейк отстегнул хлыст от седла и побежал к дому.

– Мэгги! Где ты? – кричал он на ходу.

Ее исчезновение там, у развалин, привело его в панику. Маргарет, должно быть, вернулась домой, думал он. А вдруг заблудилась в прерии? Огонь вился под ногами и возбужденно лаял. Это было признаком того, что Маргарет должна быть здесь, ведь собака оставалась с ней. Но Маргарет нигде не было – ни на улице, ни в доме. И никаких других признаков, кроме Огня, что она появлялась здесь.

– Пойдем, мой мальчик, – позвал Джейк пса, направляясь из дома на улицу. Но Огонь отказывался следовать за хозяином. Виляя хвостом, он тыкался мордой в дверь спальни.

«О Господи, только не это, – в смятении бормотал Джейк. – Никто же не попадается в одну и ту же ловушку дважды».

На кухне он взял фонарь и устремился в темный туннель. До него вдруг донесся голос Маргарет, повторяемый эхом. Но слов невозможно было разобрать. Казалось, она говорит сама с собой. Это нисколько не утешило Джейка. А вдруг она разбила голову и сошла с ума?

– Мэгги! – Он вбежал в пещеру, фонарь дрожал в руке, когда он склонился над ямой.