Мы остановились напротив здания с колоннами, большими окнами, балконами и простиравшейся до бесконечности лужайкой.

— Сохранился всего один водоносный слой, — буркнул Берни, когда мы вылезли из машины и пошли по обсаженной цветами извилистой дорожке. — Почему люди никак не могут это уяснить? — Он нажал кнопку звонка.

Дверь отворилась, и на пороге появилась разговаривающая по мобильному телефону Леда. При виде нас ее брови удивленно изогнулись, если, конечно, в ее случае можно говорить о бровях, учитывая то, как она орудует пинцетом, или по крайней мере орудовала, пока мы жили вместе.

— Сто девяносто на нос, и вы утверждаете, что мы не получим на десерт сабайон? — возмущалась она. Немного послушала скрипучий голос в трубке и перебила: — Стоп, стоп, стоп! — Ее голос, как бывало в прежние времена, взлетел. — Пройдитесь еще раз по цифрам и перезвоните; только учтите: вы должны дать мне другой ответ. — Леда выключила аппарат. — Поставщики разоряются по всей чертовой Долине и при этом еще кочевряжатся.

— Что такое «сабайон»? — спросил Берни.

— Ты не знаешь, что такое «сабайон»? — заморгала Леда. — Кстати, что ты здесь делаешь? — Она посмотрела на часы, маленькую блестящую вещицу, напомнившую мне о прискорбном инциденте со мной и ее кожаной шкатулкой для драгоценностей, который произошел незадолго до их развода. — Чарли еще нет дома, и сегодня не выходные. Хотя даже если бы были выходные — это не твои выходные.

— Справедливо, — кивнул напарник. — Но мы были здесь неподалеку, и я подумал, почему бы не заехать и не узнать, как ты живешь.

— Узнать, как я живу? Ты, часом, не бредишь?

— Ха-ха. Отличная шутка.

— Берни, неужели ты считаешь, что у меня есть время выслушивать твой сарказм?

— Никакой это не сарказм, — возразил напарник. — Меня всегда восхищало твое чувство юмора.

— Ты это восхищение умело скрывал.

— Ха-ха. Вот опять.

Наступило молчание. Я был готов к тому, что дверь захлопнется перед нашим носом, как случалось не раз. Леда встретилась взглядом с Берни, а затем — какая неожиданность — рассмеялась. А за ней Берни. Когда я в последний раз наблюдал нечто подобное? И было ли такое вообще?

— Ну так как ты поживаешь? — спросил мой напарник. — Наверняка вся в стрессе от этой подготовки к свадьбе.

— Очень слабо сказано.

— Уверен, все пройдет великолепно.

— Спасибо. Боже, ты же не рассчитываешь на приглашение?

— Нет, нет и нет. Не помышлял в самых диких фантазиях.

— Видишь ли, хочешь — верь, хочешь — не верь: хотя дела у Малькольма идут хорошо, мы стараемся свести список гостей к разумному. Есть такое понятие — перегнуть палку. Кроме экономии и всего остального, это еще дело вкуса.

— Согласен. Напомни мне, чем занимается Малькольм.

— Программным обеспечением.

— А если конкретнее?

— Это очень сложно: лицензированием, Китаем, интегрированными прогами.

— Интегрированными прогами?

— Нет времени объяснять. Ты рад насчет алиментов?

— А что с алиментами?

— После нашей свадьбы тебе их больше не придется платить.

— Я об этом как-то не задумывался, — ответил напарник.

— Неужели?

— Нет.