Я улыбнулся.

Взревев, он бросился на меня, и тут же получил точный удар каблуком по голени. Его лицо исказилось, глаза чуть не вылезли, ноги Горюнова подкосились, и он рухнул, подняв в проходе пыль. Встать он, слава сияющим сферам, не пытался.

Увидев поверженного здоровяка, оставшаяся толпа на мгновение умерила свой пыл, дав мне драгоценные секунды, чтобы перевести дух.

А потом все продолжилось. Офицеры, посыльные, секретари всех мастей — пробирались сквозь друг друга тела и тянули ко мне свои руки. Не было ни секунды, чтобы даже резерв проверить!

Запах подпаленной кожи и волос уже забил нос, под ногами натекла лужа, от порывов ветра разбилось окно — этому пора положить конец.

— Воздух! Щит! — крикнул я.

Перед самым носом появилась мутная завеса. В нее тут же посыпались удары и прилетела поварешка.

— Тридцать секунд, — предупредил меня Коровин.

Прорва времени!

Я заглянул в себя и, наконец-то, увидел крошечные золотые искорки.

С облегчением вздохнув, я сжал в руке два медальона, свой и Артема, и напитал их силой.

Магия прохладным потоком пробежалась по телу, подарив мне бодрость.

— Заканчиваем! — крикнул я, вскинув руку.

В воздухе пролетела водяная плеть, отбрасывая от меня очередного офицера. И я заморозил время.

В ту же секунду наступила идеальная тишина. Мне даже показалось, что я оглох.

Люди с перекошенными лицами, висящие в воздухе лоскуты оторванной ткани, ножи и даже ручки. Все застыло, повинуясь моему заклинанию.

В наступившей вязкой тишине было слышно наше с Мишиным дыхание. Я бросил заморозку только перед собой, и ни вояка, ни команда не застыли под моей силой.

— Это все? — тихо спросил Левков.

— Я сейчас обновлю заклинание на Соколове, и мы просто выйдем из зала, — сказал я. — Думаю, без моего присутствия, люди успокоятся.

— А почему просто не убить разумника? — кровожадно улыбнулся Дмитрий.

— Потому что мне нужны сведения, — я раздраженно дернул плечом. — Почему он приехал в город, зачем ему деньги, как он связан с конфликтом между людьми и магами… Разве что? Святослав, а подойди ко мне.

Левков скользнул ко мне. Выглядел он плохо: темные круги под глазами, бледная кожа, взмокшие волосы.

— Сила еще осталась? — спросил я.

— Совсем немного, — печально ответил я. — Что нужно сделать?

— Как ты понимаешь, маг разума воздействует на людей через взгляд, — я выразительно посмотрел на Святослава.

Он на мгновение прищурился и вдруг просветлел лицом.

— Хотите, я вырежу ему глаза⁈ — с надеждой спросил он.

— Что? Нет! Просто ослепи его, кровожадный ты наш.

— А, легко. Голоса лишить?

— Не полностью. Он должен иметь возможность говорить.

— Это я сейчас, это я мигом, — пробормотал Левков, обходя нападавших по широкому кругу, чтобы не дай святые наместники хоть кого-то задеть.

Святослав поднялся на сцену, подошел к Соколову и внимательно его оглядел.

— Владимир Иванович, точно нельзя глаза вырезать? — снова спросил он.

— Святослав! — прорычал я.

Левков расстроенно пожал плечами и прикрыл глаза.

— Принесите что-нибудь, чем можно связать нашего пленника, — я обернулся к остальным, и все начали снимать ремни.

— Владимир Иванович, — подал голос Левков.

— Нет, нельзя вырезать глаза, Свят! — раздраженно сказал я.

— Да я не про это. Мне нужно до него дотронуться, — рассмеялся он.

Я проверил уровень магии и аккуратно приготовился.

— На счет три, — сказал я. — Поставь ладонь, чтобы он тебя не видел.