Изменить размер шрифта - +
Денис Федорович хотел, чтоб я воздействовал на маму, но, по-моему, сыну это как-то даже не приличествует, не говоря уж о том, что я вовсе не мечтаю об отчиме. С какой стати маме выходить за кого-то там замуж, еще чего!
 
Тем более что, по моим наблюдениям, она всю жизнь любила лишь одного человека — моего отца. А отец любил ее. Это я точно знаю — насчет их взаимной любви. Почему они развелись, от меня скрыто. Тайна.
 
Бывает, что муж и жена после развода остаются друзьями. Так было у некоторых моих знакомых ребят. В нашей семье сложилось иначе. Не знаю, кто кому не простил и что именно, но они, любя друг друга, расстались навсегда. Не встречаются, не переписываются, не говорят по телефону. Мама никогда не рассказывала мне о моем отце, просто не желала о нем вспоминать.
 
Все, что я о нем узнал, — геодезист, первопроходец, окончил Московский институт инженеров геодезии, аэрофотосъемки и картографии и посвятил жизнь освоению Сибири, — я узнал из его старых писем. Я до них добрался еще в шестом классе. Так вот, судя по этим письмам (почерк у отца крупный и четкий), мои родители глубоко любили друг друга. Непонятно, как и чем он мог так обидеть любимую, что она до сих пор этого ему не простила. (Письма и фотографии его, однако, хранит!) Мама даже алиментов никаких от него не принимала, когда я был. маленький. Правда, она хорошо зарабатывает. Может, они не сошлись характерами, взглядами или у них психологическая несовместимость?
 
На фотографиях он еще молодой. Теперь-то ему лет сорок уже будет. Да и маме под сорок, она только выглядит молодой.
 
Я их люблю обоих, хотя отца никогда в жизни не видел. Мне было всего четыре месяца, когда они расстались.
 
Я очень похож на отца, и это почему-то удивляет маму, как будто, если они не ужились, я уж и не должен быть похож на отца.
 
Вот с этого все и началось.
 
Приходит ко мне мой друг Алеша Косолапое с журналом в руках (мама была на киностудии, где она работает). Посмотри, говорит, Андрюша, это не твой ли отец? Андрей Болдырев? Ты ведь по отчеству Андреевич?
 
Я глянул и обомлел: мой отец! Статья о первопроходцах БАМа. В журнале было несколько таежных снимков, виды Байкала, фотографии шофера, бульдозериста, бригадира и портрет отца — во всю страницу.
 
Я смотрел, смотрел, никак не мог насмотреться, чуть не заплакал, до того хорошее лицо — доброе, мужественное, прекрасное.
 
— Славный какой у тебя отец… и мама тоже… замечательная, — вздохнул Алеша. (Родителей у него не было.)
 
— Можно мне вырезать портрет? — спросил я прерывающимся голосом. Оказалось, никак нельзя: журнал-то библиотечный.
 
Мы тут же обзвонили всех наших знакомых. Оказалось, что этот журнал выписывает Маринка (моя партнерша по фигурному катанию). Она не стала вырывать страницу, а подарила мне этот номер журнала. А потом Алеша достал мне еще один экземпляр. Вторую фотографию я стал носить в кармане курточки.
 
Когда я зашел к Маринке за журналом, она мне показалась грустной и подавленной. Я спросил, что с ней, но она не хотела портить мне настроение и ничего в тот раз не сказала. Несколько дней я с упоением читал и перечитывал статью «Первопроходцы». Маме я побоялся показать журнал, а вдруг порвет? Через неделю Марина позвонила мне и просила немедленно зайти к ней поговорить по очень важному делу.
 
Всю дорогу в метро и троллейбусе меня мучили дурные предчувствия. Что-то мне не понравился ее голос — совсем больной.
 
Маринка — удивительная девчонка: веселая, умненькая, способная и к наукам и к спорту, хороший товарищ.
Быстрый переход