— Нет! — резко ответила Никс. Бенни, не так в этом уверенный, медленно покачал головой.

— Ладно, — сказал Том, — тогда вам придется научиться держать разум открытым. Предположения убьют вас. Если Чарли мертв, то он мертв. Если он жив, то он жив. Мы точно не знаем, но если позволим себе верить в возможность, то можем быть ослеплены ею. Разве кто-то из вас предпочел бы, чтобы Чарли оказался жив и внезапно напал на нас? Если он был готов мучить людей и скармливать их зомам просто за то, что они вмешались в его управление торговыми путями, попытайтесь представить, что он готов сделать с нами. Мы убили его лучшего друга, мы привели армию зомби против его команды, мы сделали его преступником в этой части «Руин», он не может больше вернуться в город… а ты, Бенни, победил его в схватке. Вы действительно хотите проснуться и обнаружить его, ухмыляющегося вам в темноте? Хочешь, Никс?

Они ничего не сказали. Никто ничего не мог сказать.

— Мне удалось остаться в живых в «Руинах», потому что я реалист. Я позволяю правде быть правдой, как бы я ни хотел, чтобы она была чем-то другим, — он махнул рукой на лес. — Это место может быть и самим адом. Та фраза, что все здесь хочет вас убить? Это правда.

Они продолжали молчать. Никс схватила Бенни за руку и сжала ее сильнее, чем во время похорон Зака.

— Я хочу, чтобы вы оба научились думать и действовать — и реагировать, — как я. Я хочу, чтобы вы выжили. Вам нужно быть готовыми к этому, чтобы этот мир стал и вашим. Сейчас вы подростки, но здесь вы быстро повзрослеете. Это произойдет, только если вы будете умны, осторожны и честны с собой.

Никс сказала:

— Том… как ты считаешь, тут могут быть и другие люди вроде Чарли?

— Да, — сказал он, не колеблясь. — Или хуже.

— Хуже? — содрогнулась она. — Боже.

Бенни кивнул:

— Тогда думаю, нам нужно быть реалистами и по этому поводу.

— Если бы я мог сказать по-другому. — Он глянул на солнце. — Нужно двигаться. Я не хочу спать ночью на улице. Не после такого дня. Брат Дэвид приютит нас у себя, но нам нужно пройти еще километры и… — он стал говорить медленнее и замолк, и мгновение словно смотрел в пустоту. Затем он развернулся к мертвецу.

— Черт! Вот идиот!

— Что такое? — спросила Никс.

Том не ответил. Вместо этого он сдернул пленку с мертвеца и наклонился ближе, чтобы рассмотреть шею трупа. Он перевернул его на бок и глянул на череп со всех углов. Потом снова сел на землю.

— Ух… — сказал он в замешательстве.

— Что такое? — снова спросила Никс.

«Он мертв уже много дней», — прошептал внутренний голос Бенни.

— Дней, — сказал он вслух.

Том резко глянул на него, а потом кивнул.

Никс все еще не поняла.

— Его шея не сломана, не так ли? — спросил Бенни.

Том покачал головой.

— И в голове нет пули?

Снова покачал.

— Никакого осколка?

Никс поняла, о чем они говорят, и ее глаза расширились.

— Никто его не упокаивал, — тихо сказала она.

— Нет, — пробормотал Том.

— Так почему он не… вернулся?

Том медленно покачал головой. Он некоторые время думал, а потом позвал Лайлу осмотреть тело. Она подошла с бледным и молчаливым Чонгом, следовавшим за ней.

— Посмотри на этого человека, Лайла, — сказал Том.