Том кивнул, но повторил.

— Дай ей время.

Бенни позволил Тому уйти вперед и замедлил шаг, пока не поравнялся с Никс, но по напряжению на ее забинтованном лице Бенни понял, что она не была рада компании или разговору. Он некоторое время шел с ней, но, когда заметил, что она пытается идти быстрее, снова отстал, чтобы она ушла вперед.

Он вздохнул.

Бенни повернулся и оглянулся: Лайла шла рядом с Чонгом, и они тихо разговаривали. Он удивленно ахнул. Лайла была странной и в лучшие времена, и обычно такой неэмоциональной, что он начинал гадать, что действительно происходит в ее голове. Когда он впервые узнал о ней из зомби-карт, он был на мгновение, но сильно впечатлен. Теперь же он просто боялся ее.

И, может, жалел ее… хотя он бы испытывал больше сочувствия, если бы она не спешила так доставать нож, как только он получал заусенец.

— Теперь осторожнее, — предупредил Том. — Оружие наготове, глаза и уши открыты.

Бенни вытащил свой боккэн и придвинулся ближе к Никс.

Они шли в траве по колено, переступая через старые кости, которые могли быть человеческими, хотя Бенни не хотелось останавливаться, чтобы изучить их. Впереди на боку лежал коричневый пикап. Бенни мог прочитать буквы «UPS» на ржавой задней дверце. Плесневелые останки старых коробок вываливались из его багажника, и то, что осталось от картона, было выбелено четырнадцатью годами дождя и снега.

Том поднял сжатый кулак — знак остановиться. Все замерли на месте.

Он показал им стоять где стояли, а затем медленно вытащил свой меч и подобрался к пикапу на пятках. Леса полнились пением птиц и жужжанием пчел. Бенни облизал сухие губы, ожидая момента, когда все вдруг замолчит. Это еще одно животное вроде носорога или зомы?

Том подошел к пикапу под таким углом, что возможность того, что кто-то с другой стороны увидит его, уменьшилась. Когда ему надо было двигаться бесшумно, то был тихим, словно тень. Он скользнул взглядом по верхушке перевернутого пикапа, глянул через край и исчез за машиной.

Никс подошла к Бенни. Она казалась испуганной, и он понял, что с этой раной и бинтами она, должно быть, чувствует себя очень уязвимой.

Бенни сказал одними губами:

— Все нормально.

Но это было не так. Когда Том вышел из-за пикапа, то в одной руке свободно держал меч, лезвие опустилось к траве. Даже с десяти метров Бенни видел, что лицо Тома осунулось и побледнело, и его губы искривились в отвращении.

Все сразу же пришли в движение.

— Что такое? — спросила Никс.

— На кого-то напали зомы? — спросил Бенни.

Том бросил на них мрачный взгляд.

— Хуже, — сказал он. Он казался старым и грустным, отвернулся, чтобы посмотреть на колышущиеся верхушки деревьев у дороги.

Никс, Чонг и Бенни обменялись удивленными взглядами и вместе обошли пикап. Жужжание стало громче, и Бенни понял, что это не пчелы, выискивающие нектар в весенних цветах.

Это были мухи. Черные мясные мухи кружились густой тучей вокруг чего-то на другой стороне перевернутого пикапа.

Это был человек. Или, скорее, раньше был человеком. Он стоял прямо, руки были опущены к бокам и привязаны веревками к осям пикапа. На мужчине были порванные джинсы и больше ничего. Большой части его не было. Оторвана. Пожрана.

Чонг развернулся, и его стошнило в кусты.

Никс стояла словно статуя рядом с Бенни, ее глаза были огромными и немигающими, и по прикосновению ее руки он понял, что ее кожа стала холодной как лед.

Бенни не знал точно, стоит ли он все еще или сидит. Или это ему снится. Мир кружился перед глазами, словно от опьянения, наполняя его болезненным ощущением, от всего этого хотелось кричать.