На этого человека не нападали зомы.

Его им скормили.

25

— Зачем?

Чонг уже в четвертый раз задал этот вопрос. Возможно, в пятый. Бенни не помнил. Чонг продолжал ходить туда-сюда. Каждый раз он требовал ответа. Словно кто-то мог это объяснить.

Бенни чувствовал онемение, но не мог заставить себя отвернуться. Что-то глубоко внутри него требовало, чтобы он стоял и смотрел на каждый сантиметр мертвеца. Это заставило его посчитать укусы. Заставило его составить список того, что забрали у этого человека.

Нет. В его голове голос, не похожий на его собственный, восставал от использования такого слабого и неподходящего слова, как «забрали». Холодная отстраненность требовала честности. Нет, сказал голос, не ври себе. Если ты спрячешься от правды за мягкими словами, то и будешь мягким. Тогда ты умрешь.

Ничего не забрали. Части этого человека были поглощены. Съедены.

Вот правда о том, что ты видишь. Правда о том, что делают зомы.

Слушая голос, он также услышал какой-то звук. Плач. Он моргнул и осмотрелся. Чонг снова отошел и присел у края дороги, скрестив руки над головой, все его тело сотрясалось.

Бенни снова посмотрел на мертвеца и потом повернулся, чтобы пойти к Чонгу. Он был рад причине отвернуться. Это не будет трусостью, если он собирался помочь Чонгу вместо того, чтобы смотреть на труп.

Будь сильным, шептал его внутренний голос, а потом растворился в тишине.

Бенни присел рядом с Чонгом и обнял друга за плечи. Он хотел что-то сказать, но его внутренний словарный запас не включал слова, которые бы придали смысл этому моменту.

— П-прости, — бормотал Чонг. Он поднял голову и посмотрел вперед. По его лицу катились слезы, а из носа текло. — Я не… хотел, я не могу…

— Нет, — сказал низкий хрипловатый голос, и оба, повернувшись, увидели Лайлу. Бриз развевал белоснежные волосы, словно клубы бледного дыма. — Слезы не значат, что ты слабый.

Чонг всхлипнул и вытер нос, но ничего не сказал.

Лайла села перед Чонгом, положив копье на пыльную траву.

— Бенни, — сказала она.

— Да?

— Уйди.

Бенни начал было что-то говорить, но не стал. Вместо этого он кивнул и поднялся на ноги. Он понятия не имел, что собиралась сказать Лайла или что она могла сказать. Сочувствие, нежность и другие человеческие эмоции казались вне ее возможностей. Или он в этом ошибался?

Бенни кивнул себе и пошел к стоящим рядом Тому и Никс.

— Том… ты знаешь, что произошло? Кто это сделал?

— Нет, — сказал Том, но что-то в его тоне вызвало резкий взгляд Никс.

— Что? — спросила она.

Он колебался.

— Давай, Том, — настаивал Бенни. — Если мы собираемся здесь путешествовать, то ты не можешь с нами так обращаться. Не можешь защитить нас от всего.

— Дело не в этом, — медленно сказал Том. — Но… скажите мне сначала кое-что.

— Ладно, — сказал Бенни.

— Той ночью, в прошлом году, когда мы спасали детей от охотников за головами… насколько ты был уверен в том, что убил Чарли Кровавого Глаза?

Если бы Том ударил Бенни прямо в лицо, он не мог бы поразить его больше.

— Ч-что? — выдохнул он.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Никс.

— Пока я ничего не имею в виду. Ответь на вопрос, Бенни.

Бенни закрыл глаза, и к нему вернулось воспоминание о той ужасной ночи. Считая Тома мертвым, Никс, Бенни и Лайла взяли на себя спасение группы детей, которых похитил Чарли Маттиас и его дружки, охотники за головами.