— Каждый артефакт, как и человеческая душа, уникален, — обиделся Едемский. — Двух одинаковых перстней быть не может. Можно, конечно, подделать камень и форму, но как подделаешь танталум? Его у магов нет, он есть только у гефов…

— Именно! — выдохнула я, чем сильно перепугала Юрку. Даже Тана оживилась. Вся как-то подобралась и сейчас ловила каждое наше слово.

— Не думаешь же ты?… Да, ну! Ерунда! В универе гефа под личиной выявили бы еще при входе в портал. Но проверить все же стоит. И учти, я это делаю толь ради твоего спокойствия! Сейчас посмотрим, какое кольцо выбрано Франу Кавецкую, выведем на экран его изображение, и ты увидишь, что просто перепутала перстни!

Едемский застучал по клавишам, а я затаила дыхание. Кавецкие достаточно неприятные люди, что отец, что дочь, но мне не хотелось верить в то, что невеста Кремера, с которой его связала магическая клятва, шпионит для гефами.

— Минутку, информация загружается…

— Ну, что там, Юр? — первой не выдержала Тана.

— Ничего не понимаю, — растерянно отозвался он. — Чертовщина какая-то.

— Не томи! — рыкнула Едемская, а я лишь нервно барабанила пальцами по спинке кровати.

— Если верить архиву, а ему нельзя не верить, потому что составлял его я, то Франу Кавецкую не выбрал ни один из артефактов хранилища!

— Что? — хором закричали мы с Таной.

— Нужно звать Фонтея. Причем, срочно! — решила я.

— Согласен! — больше Юрка со мной не спорил.

Фонтей появился достаточно быстро. Усталый, с залегшими под глазами тенями, небритый, в своем неизменном фиолетовом костюме, который сейчас не придавал ему шарма, а выглядел слегка неопрятным.

— Выглядишь паршиво, — тихо сказала я.

— Ну, ты тоже не королева на балу, — отозвался дед, и его глаза знакомо блеснули. Раз способен язвить, значит не настолько все печально. — Что там у нас неприятного? От твоих друзей не добьешься ничего внятного.

Ни Юрка, ни Тана с Элазаром уже не вернулись. Полагаю, старый хитрец хотел побеседовать с глазу на глаз и услал их с каким-нибудь поручением. Поэтому обстоятельно, описывая все мало-мальски важные детали, рассказала ему о кольце с рубином и Фране Кавецкой. Фонтей слушал внимательно, не перебил ни словом, ни жестом. И долго молчал, когда я уже закончила излагать.

— Нечто подобное я и подозревал, — наконец, изрек он. — Проблема в том, что Кавецкий, его дочь и еще несколько членов бывшего совета бесследно исчезли сразу после того заседания, на котором их проверяли. Ни одна магическая группа не смогла их обнаружить. Не исключено, что все пути ведут в храм, обнаруженный Марсием Кремером.

— А что ты думаешь на счет кольца?

— Теоретически, турроны, конечно, могли изготовить дубликат. Даже по магическому слепку, не имея перед глазами оригинала, могли. Проблема в другом, танталум — вещество капризное и для человека небезопасное. Лишь гефы могут пользоваться энергией душ в принудительном порядке, для людей же необходимо, чтобы эта самая энергия их приняла и захотела помочь.

— Именно поэтому устраивали отборы для магов, да?

— Совершенно верно, — кивнул Фонтей. — Но и позволять давно почившим магам садиться себе на шею совету не следовало. Кольца необходимо было приструнить и убедить служить во благо уже давно.