Костя нахмурился:

— Понятно. Однако ты забываешь, что народ многонациональный и правительство охотней дает гражданство азиатам, чем русским, которые хотят вернуться на родину.

— Я все помню, и не забыл, что отколовшиеся от СССР республики вотчина националистов: кавказских, азиатских, западенских и прибалтийских; и только Россия для всех. Это неправильно и несправедливо, но мы этого изменить пока не в состоянии. Разве только локальные боевые акции против этнопреступников и предателей проводить, во время которых будет создаваться силовое ядро организации, и только. А чтобы вершить по настоящему большие дела, нужны серьезные финансово-материальные средства и сотни боевых ячеек по всей стране, которые смогут опираться на партию. Но это дело не на один год.

— И что мне теперь делать, новых кандидатов на роль партийного вожака искать?

— Не стоит. Я его уже нашел.

— Интересно, кто такой?

— Ты, — указательный палец уперся в грудь Кости.

— Чего? — удивился он.

— Того. Вождем партии "За Социальную Справедливость" станет участник боевых действий, отставной лейтенант погранвойск Константин Антонович Трубников. Со всех сторон положительный человек, которому можно и нужно верить.

— Так я же инвалид, — он посмотрел на прикрытый штаниной протез.

— И что с того? Это мешает тебе думать головой?

— Нет.

— Тогда вперед и с песней, господин будущий партийный функционер. Сайт создал?

— Да.

— Программа есть?

— Типовая.

— Единомышленников найдешь?

— Должен.

— Вот и все. Деньги выделю и поддержку обеспечу, а дальше дело за тобой. Собирай инициативную группу, создавай партию и работай.

Костя помолчал, подумал и сказал:

— Надо с отцом посоветоваться.

— Ладно.

— И еще… Скажу сразу, если я в это дело впишусь, то марионеткой не стану… У меня должно быть право на принятие самостоятельных решений…

— Договорились. Мы не лезем в тактические вопросы партии, а ты не принимаешь стратегических решений. Идет?

— Да.

— Когда ответа ждать?

— Сегодня. Отец скоро вернется, еще раз все обговорим, и я скажу свое слово.

— Это нормально. Теперь давай к другим нашим делам. Мы сможем организовать вброс информации о том, что нами уже сделано, в сеть?

— Запросто. Через интернет-кафе и по левым документам это сделать не сложно. Или через домашний компьютер, который сразу пробьют.

— Тогда завтра или послезавтра я пришлю к тебе паренька. Покажешь ему, что и как нужно сделать.

— Договорились. Что будем сбрасывать?

— Драка в "Литераторе", нарезка без наших лиц, и обстрел Новой Мцхеты. Комментарии сам подбери.

— Армия "Трясогузки" снова в бою? — Костя улыбнулся.

— Ага. Бей обнаглевших животных! Мочи этнопреступников! Долой преступный режим! Оккупанты не пройдут! Ну и так далее. Не мне тебя учить. Только следов не оставь, чтобы на тебя ищейки не вышли.

— Я все понимаю, — младший Трубников кивнул на ноутбук. — Вас сейчас кто только не ищет. ФСБ, полиция, частные сыскари, военная прокуратура, бандиты и вольные охотники за головами. Не хотелось бы с ними дело иметь. По крайней мере, в ближайший год, пока организация не окрепла.

— Это точно.