— Да у меня уже появилась версия, почему она хочет платье именно такого цвета, но не спросишь же у неё это напрямую. Если попросить деда, чтобы он её спросил, то она почует неладное, а вот если привлечь Катю, то всё можно узнать и исправить.

— Ты хочешь сказать, что Катя сможет покопаться у неё в голове так, что она не заметит? — выпучил глаза Юдин.

— Только тс-с! — сказал я, приложив палец к губам.

— Могила! — торжественно заявил Юдин, а у самого улыбка расплылась до ушей. — Неужели всё так просто?

— Надеюсь, — улыбнулся я ему в ответ. — Скажи Лизе, что мы с Катей придём к ней на чай после обеда, чтобы обсудить перспективы развития производства.

— С Катей обсудить? — удивился Илья.

— А почему бы и нет? — усмехнулся я. — Короче, придумай что-нибудь. Иди обедай с ней, а я с Катей подойду чуть позже, пообедаю со всеми.

Глава 26

Мы с Катей перекусили по-быстрому, первыми встали из-за стола и пошли на третий этаж.

— Хорошее дело ты затеял, — усмехнулась Катя, когда мы поднимались по лестнице. — А я там ещё ни разу и не была, заодно и посмотрю.

— И лишнее занятие помогает отвлечься, да? — спросил я.

— Это точно, — отозвалась сестра. — И интенсивный рабочий день тоже хорошо. Кстати, я хотела тебе сказать, надо бы подыскать ещё мастера души, а то у нас штат вырос и мне одной бывает тяжеловато. Да и вообще.

— Да и вообще ты скоро вместе со мной перейдёшь работать в университет, ты это хотела сказать? — спросил я.

— Именно это, — рассмеялась Катя. — И больше ничего другого.

Когда я нажал на кнопку звонка, дверь в лабораторию открыл Юдин и изобразил шутовской поклон, почти коснувшись рукой пола.

— Добро пожаловать, гости дорогие! — произнёс он нараспев.

— Ну хватит уже, Илья! — смеясь воскликнула подошедшая Елизавета. — Дай им уже пройти.

— А кто ж мешает-то? — спросил Юдин, ловко отпрыгнув в сторону и обеими руками указывая нам направление движения.

— Шут, — тихонько сказал я, когда проходил мимо него, чтобы услышал только он.

— Ага, — кивнул он и жизнерадостно улыбнулся. Видимо так радовался, что скоро возможно его проблема разрешится, а может и тому, что я игру оценил.

Лиза поставила на стол наверно все кренделя и пряники, какие только были у неё в запасе. Из большого расписного чайника наполнила четыре чашки и пригласила садиться. Мы вели непринуждённую беседу, а Илья всё ёрзал на стуле, ожидая, когда же Катя приступит к процедуре. Только я и она знали, что процедура-то уже идёт, ей не требовалось теперь физического контакта, чтобы проникнуть в память Лизы. С одной стороны жутковато, с другой — я рад, что это моя сестра, а не кто-то другой. Есть правда одно омрачающее обстоятельство, но с ним, я надеюсь, мы скоро решим вопрос.

Когда мы с Катей встали, чтобы уходить, у Юдина в глазах читался немой вопрос и возмущение.

— Кстати, Илья, — обратился я к нему, чтобы у него не успело вырваться изо рта ничего лишнего. — У меня к тебе есть вопрос по работе, заскочу к тебе между лекциями. А теперь мне пора, студенты ждут.

— А меня пациенты, — сказала Катя и мы дружно слиняли из лаборатории.

— Получилось? — спросил я у сестры, когда мы достигли второго этажа, а ей надо было идти дальше, на первый.

— Да, потом скажу, — ответила Катя, бросив взгляд вверх, откуда, судя по шагам, уже приближался Юдин.

В перерыве между лекциями Илья уже ждал меня в коридоре возле аудитории.

— Так я не понял, Саш, — взволнованно начал Юдин, — почему Катя так ничего и не сделала?

— Кто это тебе сказал? — усмехнулся я.