— А ничего, — ответил я. — Они утверждают, что нет такого дома. Парень живёт в восьмом, должен был бы знать.

— Ну чего вы спорите, — вмешалась Катя. — Пятого дома ни на одной карте нет, значит он просто засекречен. Надо теперь до него добраться.

— Кажется я даже знаю, как, — сказал я и ударил по газам, впечатав всех в спинки сидений.

Просто я увидел, как метрах в двухстах впереди к небольшой пристани причаливает прогулочный катер. Мы поравнялись с ведущей к пристани дорожкой одновременно с тем, как приплывший на катере человек встал на деревянный помост. Я выскочил из машины и направился к нему. Слышал, что открылась и пассажирская дверь. Человек привязал швартовочный канат к кнехтам на пристани и с интересом наблюдал за приближающейся делегацией.

— Чем-то могу помочь? — спросил мужчина средних лет с обветренным лицом в длинном плаще с капюшоном.

Ни малейшего испуга или волнения я в его взгляде не заметил, этакий самоуверенный морской волк.

— Прошу прощения за беспокойство, — начал я, приветливо улыбаясь. — Нам очень надо попасть на тот остров.

Я указал пальцем на светящиеся окна.

— Туда? — искренне удивился он, словно я попросил его отвезти нас в бухту дьявола. — Но зачем?

— Помогите нам пожалуйста, — вмешалась в разговор мама, встав возле меня и молитвенно сложив руки на груди. — Там живёт наша родственница, которую мы много лет не видели.

— Родственница? — не меньше прежнего удивился моряк. — Эта нелюдимая старушка?

— Это она, — тихо пробормотала мама, потом добавила громче: — Значит она жива. Да, нам нужно именно туда!

— Но уже поздно, — сурово сказал мужчина, обведя нас недовольным взглядом.

— Мы отблагодарим, — сказал я, достал из кошелька крупную купюру и протянул ему.

— Ого! — произнёс моряк и удивлённо крякнул, забирая у меня деньги. Похоже я ему предложил значительно больше обычной таксы. — Ну тогда забирайтесь.

Мы с папой помогли забраться на катер маме и Кате, потом запрыгнули сами. Моряк отвязал швартовы, ступил на борт и встал у штурвала. Двигатель утробно заурчал, плавно уводя катер от пристани, потом взвыл, резко направив судёнышко вперёд к нашей цели. Остров оказался немного дальше, чем я предполагал.

Катер обошёл остров сбоку, где среди повисших над водой ветвей больших разлапистых сосен был небольшой деревянный помост, вероятно служивший причалом. Мужчина взял в руки канат и спрыгнул на едва различимые в темноте доски помоста. Явно он здесь далеко не первый раз.

Мы включили фонарики на телефонах и тоже сошли на помост, который жалобно скрипнул под неожиданным для него весом компании людей. Наш капитан прыгнул обратно на катер и принялся отвязывать швартовы от деревянных кнехтов.

— А, — начал я, но так и не успел спросить.

— Ждать не буду, — твёрдо сказал он. — А если вдруг понадоблюсь и у вас есть ещё одна такая же купюра, то позвоните.

Он протянул мне подобие визитки. Она представляла собой потёртый кусок неровно отрезанного картона, на котором карандашом нацарапан номер телефона и имя Егор. Только я открыл рот, чтобы его поблагодарить, как катер взвыл и быстро начал удаляться.

— Спасибо, — растерянно произнёс я вслед исчезнувшему в темноте судну, о местоположении которого говорили только светящиеся в непроглядной темноте габаритные огни. Луны сегодня не было.

— Ну что, идём? — спросил отец, первым ступив с помоста на каменистый берег, где в свете фонарика мы отыскали подобие тропинки.

Когда камни закончились, тропинку стало видно лучше, даже неопытному взгляду было заметно, что по ней часто ходят. Пройдя извилистой дорожкой сквозь непролазные заросли, раздвигая ветки руками, мы остановились перед небольшим бревенчатым домом.