Глава 20

Окинув взглядом старый дом, мы переглянулись, не решаясь сделать следующий шаг. Тогда я сделал его первым, за мной потянулись остальные. Перед крыльцом мы снова остановились. Я протянул было руку, чтобы постучать, но внезапно услышал голос пожилой женщины. Он прозвучал то ли совсем рядом, то ли в моей голове:

— Проходите, открыто, — голос был тёплым, приветливым, ждущим.

Я беспрепятственно открыл входную дверь и вошёл в просторную комнату. У дальней стены был массивный камин, который вполне возможно отапливал весь дом. Перед ним полубоком к нам сидела та самая пожилая женщина. На сто пятнадцать она точно не выглядела, ну может чуть больше семидесяти. Платье старинного образца, на плечах шаль, на ногах плед. На округлом приветливом лице светящиеся добротой и радостью глаза.

— Молодцы, что пришли, — спокойно сказала она и улыбнулась.

Мне показалось, что губы во время разговора у неё шевелились, но голос прозвучал словно внутри головы. Может тут и обычная речь и телепатия вместе?

— Я тут столько лет одна живу, отвыкла людей видеть, — продолжая улыбаться, извиняющимся тоном произнесла она. Или не произнесла? — Возьмите скамеечку у стены и садитесь напротив.

Мы с отцом перетащили пару массивных резных скамеек ближе к камину и расселись перед заново обретённой родственницей.

— Здравствуйте, бабушка, — выдавила из себя мама, стараясь снова не заплакать.

— Здравствуй, Алевтина, — кивнула хозяйка дома. — Хорошо, что взяла с собой дочку, мне надо будет с ней поговорить.

— А откуда, — начала было мама, но старушка её перебила.

— Я знаю, работа у меня такая, — усмехнувшись сказала она. Потом улыбка немного померкла и она добавила: — Была. Я ждала вас. Поняла, что вы дом не найдёте и оставила включенным свет в гостиной, обычно я так не делаю.

Дальнейшие вопросы по этому поводу у всех отпали. Стало понятно, что она о нас знает даже больше, чем мы сами. На мне она на некоторое время задержала взгляд и я напрягся, понимая, что сейчас для неё всё, что находится в моей голове как бегущая строка на вокзале. Вопреки моим опасениям, она мне тепло улыбнулась, кивнула и перевела взгляд на Катю.

— Не бойся, дитя моё, — обратилась она к моей сестрёнке, улыбаясь ещё теплее, с любовью. — Всё у тебя будет хорошо, не надо сопротивляться судьбе, но об этом мы с тобой поговорим чуть позже. Там вон самовар на столе и вкусности к чаю, садитесь за стол, угощайтесь, а я пока расскажу обо всём, что вас интересует.

Очень удобно, вопросы вслух произносить не надо. Она ненавязчиво контролировала разум всех присутствующих, но делала это настолько деликатно, что никто этого никоим образом не почувствовал, лишь догадывались

Наши сумки с едой и термосы остались в машине, а аппетит сейчас проснулся жуткий. Не исключаю, что это тоже работа Елены Андреевны. Мы дружно уплетали пирожки с морошкой, черникой и грибами, запивая ароматным чаем с северными травами и слушали похожую на сказку интересную историю, которую нам излагала Елена Андреевна. Она избегала упоминания конкретных дел и фамилий, которые благодаря её работе сменили адрес или покинули этот мир, лишь упоминание в общих чертах, без шокирующих подробностей.

— Я бы и рада была сама вас раньше найти, — сказала она после небольшой паузы. — Но на мне была клятва, срок действия которой закончился совсем недавно. И я дала сама себе ещё одну клятву, обязательно дожить до того момента, когда я смогу встретиться со своими родственниками.