— Будет сделано, Александр Петрович, — ответила девушка, делая в блокноте пометку. — А когда состоится торжественное открытие университета? Я видела, как вы вчера разговаривали с Шапошниковым.

— В конце следующей недели, — ответил я. — Строительство таможни заканчивается почти синхронно с нами, но нам дали приоритет, они будут открываться на неделю позже.

— Вот и правильно, — улыбнулась Прасковья. — Университет важнее. А вы уже были в своём кабинете?

— Да, заходил вчера, — кивнул я. — Малахитовый настольный набор, который мне подарила Настя, идеально вписывается.

— Как и колечко на вашем пальце, — сказала девушка, потом продемонстрировала колечко и на своём пальце.

— Как так? — спросил я, немного опешив. Увидев испуг на её лице, добавил: — Нет, ты не пойми меня неправильно, я очень рад за вас, но я думал, что вы на свадьбу позовёте.

— Вы уж простите, Александр Петрович, — засмущалась девушка, — но мы по-простому, без пышных церемоний и банкетов, чисто в семейном кругу.

— Пышные церемонии не решающий фактор, главное — чтобы вы любили друг друга и у вас всё было хорошо. Поздравляю! Совет да любовь!

— Спасибо большое, — заулыбалась Прасковья.

Наконец настал тот день, которого я так долго ждал. Сегодня торжественная церемония открытия университета. Для меня это было даже более волнительно, чем день свадьбы, ведь в этот день я волей неволей буду в центре внимания у всего города и не только. Если бы мама помогла мне вчера заснуть, я бы непременно сейчас чувствовал себя бодрее, жаль, что Настя так не умеет.

Скажете, прожил полвека и не научился контролировать свои эмоции? Говорить всегда легко, советовать тем более. Гораздо сложнее подчинить самого себя и сделать все правильно с первого раза, тихо и спокойно. На чужих ошибках учатся мудрецы, которые своих совершали немало в своё время. У любого в жизни бывает такая ситуация, что пока лбом в стену не упрёшься, не веришь в её существование.

— Готов? — спросила Настя, когда я уже одетый при параде вышел к завтраку.

— Вроде да, — пожал я плечами и улыбнулся, взяв её за руку. Видел, как она за меня переживает. — Всё будет хорошо, а по-другому и быть не может. Ты ведь пойдёшь со мной?

— Других вариантов я даже не подразумевала, — сказала Настя, положив вторую руку поверх моей. — Даже если не будешь меня видеть в какой-то момент, всегда помни, что я рядом.

— Спасибо! — сказал я и дотянулся, чтобы поцеловать её.

Серафима принесла омлет в горшочках и топлёное молоко, высказав своё мнение о вреде кофе, в чём я с ней абсолютно не согласен. Ладно, сейчас не буду затевать этот разговор, потом проведу воспитательную беседу, а топлёное молоко было очень вкусным.

— А почему Мария на завтрак не пришла? — спохватился я.

— Серафима сказала, что она уехала с час назад, — ответила Настя. — Сам понимаешь, что прислуге о причине отъезда она не отчитывалась.

— А вечером за ужином ничего не говорила? — решил я уточнить. Вчера снова поздно пришёл домой.

— Вчера планов никаких не было, — пожала Настя плечами. — Может сегодня рано утром ей позвонили. Думаю, можешь у Волконского спросить, они периодически общаются.

— Это будет выглядеть, словно я беспокоюсь за своего ребёнка, — усмехнулся я. — Сама потом расскажет.

— Наверно лучше так, — улыбнулась Настя. — Ну что, идём?

— Да, нам пора, — сказал я, отодвинув от себя пустой горшочек и кружку.