— Готхард Вильгельмович, — сказал я, нарушив звенящую тишину. — У меня к вам есть ещё одна просьба. Точнее даже не у меня, а у знахарей скорой помощи. Нужен какой-нибудь анестетик, который можно наносить не на рану, а, например, на голеностоп или колено при растяжении или вывихе, чтобы облегчить страдания больного. Я вот подумал, можно наносить какую-нибудь быстроиспаряющуюся жидкость, которая за счёт скорости испарения и будет охлаждать.

— Ты и до этого дочитал? — улыбнулся Курляндский. Даже эта улыбка была совершенно другой. — Сделаю. Немного есть, но слишком мало. Завтра заезжай, я сделаю. Реагенты исходные есть, насколько я помню.

— Отлично, — кивнул я, удивившись такой скорости решения вопроса. Про то, что до этого момента я его книгу ещё не дочитал, я решил промолчать. Не скажу же, что знаком с таким средством по опыту прошлой жизни. Если не ошибаюсь, в вычурных ампулах с носиком сбоку был хлорэтан. Сейчас продают в аптеках смесь газов, которые в итоге оказывают такое же охлаждающее действие. — Тогда завтра после четырёх, подойдёт?

— После четырёх? — нахмурился Готхард Вильгельмович. — Ладно, постараюсь успеть. Тогда начну наверно прямо сейчас. Если у вас нет больше никаких вопросов.

Вопросов мы пока не имели, а если и имели, то лучше оставим на следующий раз. Лизонька вывезла грузовую тележку с коробками, которые должны были пополнить мои запасы уже применяемых препаратов. Мы с Виктором Сергеевичем загрузили всё это в микроавтобус, попрощались с трансформированным в нормального человека Курляндским и поехали в офис Кораблёва. Дядя Витя решил покататься со мной развлечения ради.

Я отдал конверт с надписью «капельница» охраннику, стоявшему на турникетах в главном офисном здании и сразу отправил сообщение Эдуарду Филипповичу. Теперь осталось только отдать взнос за машину, и я свободен. На улице уже темно и, войдя внутрь автосалона, я зажмурился от яркого света и блеска полированных деталей автомобилей.

Романа Петровича мне нашли довольно быстро, менеджер отвёл меня в его кабинет. Судя по табличке возле двери, он был управляющим этого салона. Зачем всё так серьёзно-то? Можно было бы это дело поручить продавцам или начальнику отдела.

— Добрый вечер, — сказал я, входя к нему в кабинет. Руку протягивать не стал, не зная его статуса, и чтобы не смутить. — Эдуард Филиппович сказал к вам подойти по вопросу взноса за машину.

— Александр Петрович Склифосовский? — спросил мужчина лет сорока с энергичным и решительным лицом, внимательно разглядывая меня. Стало даже как-то неловко, но его взгляд я выдержал с достоинством.

— Да, именно так, Роман Петрович, — ответил я.

— Много о вас наслышан, — внезапно улыбнулся он, что неожиданно сочеталось с проницательным и серьёзным взглядом.

— И что же слышали? — поинтересовался я, слегка склонив голову на бок.

— Говорят, что молодой и подающий большие надежды, пропагандирует новые методы лечения.

— Ясно, — хмыкнул я. Редко распространяют хорошие слухи, я больше был готов к чему-то менее лестному. — Напомните пожалуйста, какую сумму мне сегодня надо внести, Эдуард Филиппович говорил, но у меня вылетело из головы.

— Он сказал принять у вас столько, сколько дадите, — Снова улыбнулся управляющий. — Не больше и не меньше. Сумму внести в договор и выдать вам квитанцию.

— Странно это как-то, — хмыкнул я.