— А зачем это нужно вообще? — задал следующий вопрос отец.

Мы переглянулись с Валерием Палычем и пожали плечами.

— Пока не придумали, — ответил я за двоих. — Возможно пригодится.

В понедельник утром возле кабинета меня уже ждала Оксана Фёдоровна. Как и обещала, пришла с вещами.

— Доброе утро, Оксана Фёдоровна! — улыбаясь приветствовал я молодую знахарку. — Проходите, оформим документы, и я посвящу вас в суть дела.

Поприветствовав Прасковью, я поручил ей подготовить документы о принятии на работу нового сотрудника.

— А уже всё готово, Александр Петрович, — улыбнулась секретарша и положила тонкую новую папку на стол. — Осталось только подписать.

— Замечательно! — сказал я. — Тогда подписываем и ко мне в кабинет.

Я успел снять пальто и шляпу, повесить на вешалку и сесть за стол, когда вошла Оксана Фёдоровна.

— Я готова, — сообщила девушка, усаживаясь в предложенное ей кресло.

— У меня к вам будет не совсем обычная и совсем непривычная для вас просьба, — начал я. — Хотел бы вас попросить некоторое время поработать чисто диагностом. К нам со всего города присылают пациентов с подозрением на сосудистую патологию. Но, к сожалению, далеко не все знахари такие же грамотные и подкованные, как вы. Поэтому больше половины присланных пациентов оказываются совершенно другого профиля. Мы сейчас начинаем разрабатывать схемы лечения сосудистой патологии и тратить время на непрофильных пациентов — весьма расточительно.

— Именно этим вопросом я и должна заняться, правильно? — спросила знахарка.

— Да, это я и хотел сказать. Отбирая профильных больных, вы нам окажете неоценимую помощь. К тому же вы можете заодно просканировать коронарные и сонные артерии.

— Ну хорошо, я согласна, — с некоторым сомнением в голосе ответила она.

— Но это ещё не всё, — сказал я и заговорщицки подмигнул. — С сегодняшнего дня вы начинаете обучение методам тонких потоков вместе с другими студентами. После окончания курса лекций и практических занятий вы сможете приступить к лечебной деятельности наравне с другими сотрудниками нашего госпиталя.

— Здорово! — воскликнула она и засияла. — А я уж думала, что так и буду работать в качестве фильтра на постоянной основе.

— Что вы, — рассмеялся я. — Нет, конечно! Это лишь временное явление, пока вы не научитесь работать по нашей методике. А так на будущее я планировал найти диагноста, кто будет заниматься только этим.

— Возможно я смогу помочь вам в этом вопросе, — сказала девушка. — У меня есть одна знакомая знахарка, мы с ней вместе учились. У неё ядра нет совсем, зато она очень хорошо видит человека изнутри. Если я не ошибаюсь, это даже нечто большее, чем обычное магическое сканирование.

— Ого! — от удивления я даже качнул головой. — Вот это интересно. У вас есть её контакт? Или скажите мне, как её найти и как её зовут.

— Я ей позвоню, и она придёт к вам сама, — улыбнулась девущка. — Не думаю, что она откажется работать у такой городской знаменитости, как вы.

— Знаменитость? — хмыкнул я. — Вы мне льстите. Хорошо, я буду её ждать. А вот по поводу вас я хотел уточнить. Вы сказали, что у неё совсем нет ядра и у меня назрел вопрос — значит у вас есть?

— Да, но, к сожалению, дефектное, — с грустью в голосе произнесла она и пожала плечами. — Было бы нормальное, то пошла бы учиться на лекаря, как с детства мечтала, но меня не взяли. Поэтому пришлось податься в знахари.

— Надо как-то пересмотреть эту систему, — покачал я головой. — Я уже не раз убеждался, что дефектное ядро иногда может работать не хуже чистокровного.