До сих пор она ничего не знала об этой части своего тела. Кто бы мог подумать, что она так чувствительна? И как поразительно то, что он знает об этой ее особенности. Вот и слава Богу! Это позволяло ему ласкать Винни так, как ей хотелось.

— Ну же, Вин! — ободряюще прошептал он. — Хватит мучить себя!

Она таяла в его руках и дрожала все сильнее. Тело охватило незнакомое напряжение, что-то сжималось у нее в животе, пока не взорвалось ослепительной вспышкой наслаждения.

Напрасно она пыталась сдерживаться — из груди рвались неистовые, животные вопли, переходившие в беспомощные стоны. Ей было хорошо до боли...

Когда-то в детстве ее искусали пчелы. Она отлично помнит, какими неожиданными и острыми были эти укусы, внезапно поразившие все тело. Нечто подобное случилось и сейчас, только острая вспышка эйфории оказалась гораздо сильнее и отпустила ее не сразу.

Она долго не могла прийти в себя, пока на смену возбуждению не пришла истома. Винни вздрогнула в последний раз и спрятала голову на груди у Мика. Он поцеловал ее в макушку и стал приводить в порядок расстегнутое платье. Она оставалась покорной и тихой, впервые в жизни доверившись другому человеку.

— Я сейчас же отвезу тебя домой, — нашептывал он. — Я отвезу тебя домой, и мы будем заниматься любовью до самого утра! — Торопливо поцеловав ее в губы, Мик продолжал: — Пора избавиться от твоей проклятой девственности! Ненавижу ее!

Да. Она была совершенно с ним согласна. Она тоже хотела расстаться с девственностью. Она хотела преподнести ее ему в дар.

В отличие от нее у шедшего впереди Мика хватало сил и целеустремленности на двоих. Не тратя времени попусту, он подхватил со стула их одежду и уже направлялся к двери, когда баронский сынок, доставивший им немало хлопот, решил предпринять еще одну попытку.

— Так-так-так! — воскликнул он.

Винни не подозревала о его присутствии, пока он не обхватил рукой ее бедра. Мик раздраженно обернулся, желая выяснить, почему Винни застряла на месте.

Увидев рядом с ней хлыща, Мик пришел в неописуемую ярость.

— Убери руки! — рявкнул он.

— А почему бы нам не спросить у леди? — возразил соперник в приступе пьяной отваги. — Вдруг она предпочтет того, кто мог бы провести с ней вечер в более приличном месте?

Винни в жизни не поверила бы в то, что случилось в следующий миг, если бы не видела все собственными глазами. Мик вздернул подбородок и смерил противника надменным презрительным взглядом.

— Уж не тебя ли? — поинтересовался он. Ни в одном театре Винни не видела столь потрясающей сцены. Мик в этот момент был олицетворением уверенности и превосходства.

Это подействовало даже на пьяного гуляку. Он не ожидал столь яростной вспышки от человека, до сих пор проявлявшего завидную сдержанность. Но к сожалению, бравада оказалась сильнее. Ему слишком понравилась Винни, и это, как ни странно, принесло ей немалое удовольствие. Ведь прежде она и не помышляла о том, чтобы нравиться мужчинам! А баронский сынок распетушился вовсю:

— Я хочу, чтобы леди осталась! Я желаю еще раз увидеть ее стройные ножки!

Боже милостивый, неужели и другие мужчины считают ее привлекательной?

— Мисс, — обратился к ней гуляка, — вы, без сомнения, самая очаровательная и самая высокая женщина в этом зале! — Он расхохотался.

Винни готова была обнять и расцеловать в обе щеки этого повесу за такой чудесный комплимент.

Тогда как Мик чуть не убил его. Он процедил, злобно прищурившись:

— Если ты что-то и увидишь, так это мой кулак у себя под носом! Прочь с дороги!

— Барон обладает правом первой ночи.