Джереми собрался с духом и пришел брату на помощь. Наконец-то!

— В любом случае вы ничего не теряете, — радостно сообщил он.

Старик послал за секретарем, и тот написал для них приглашения. Сам герцог довольно быстро покинул неприятных визитеров. После того, как секретарь ушел, им пришлось торчать в библиотеке целую вечность, пока дворецкий соизволил проводить их к двери.

Чтобы скрасить ожидание, Джереми еше раз решил присмотреться к пресловутому портрету высокого мужчины с мрачно нахмуренным лбом и густыми волосами цвета воронова крыла.

— Знаешь, братец, — пробормотал он, — они так похожи, что я начинаю думать, уж не подсунем ли мы дедуле его собственного внука?

Эмиля тоже не оставил равнодушным такой финал их аферы, однако он не обольщался на сей счет:

— Не может этого быть. Мы же сами выбирали ему шмотки тех же тонов, что видели на портрете! Проследили, чтобы его соответствующим образом подстригли. Мисс Боллаш уговорила его сбрить усы. И потом, ты забыл, что у него есть семья! Черт побери, он оставил кучу родных где-то в Корнуолле! — Он похлопал брата по плечу и добавил: — Давай лучше прошвырнемся по дому! Надо найти кого-то из старых слуг и вытрясти из них хоть какие-нибудь подробности. Если мы не доведем это дело до конца, нам не поздоровится!

Чтобы вывести Джереми, созерцавшего портрет, из ступора, Эмилю пришлось больно дернуть брата за ухо.

Джереми так и подскочил на месте, прижав ладонь к горевшему уху:

— Не смей!

— Ладно, так и быть! Но и ты не смей расслабляться! Мы собственными руками сделали из крысолова герцогского внука. Разумеется, с помощью мисс Боллаш. И ты будешь последним идиотом, если вздумаешь купиться на свою же уловку!

Мик посмотрелся в зеркало. Да, из него вышел заправский франт. Видимо, так же думали Ламонты, обменивавшиеся загадочными взглядами.

— Черт побери, — наконец не выдержал Джереми, — он в точности похож на... на джентльмена!

Пока портной ползал вокруг Мика с иголкой, Эмиль продолжал втолковывать Мику его «историю» под названием «если кто-то вас спросит». Между прочим, с каждой минутой эта история казалась Мику все более странной. При чем тут, к примеру, поезда? Однако ему велено было всем говорить, что он обожает поезда. Хотя Мик знал о поездах только то, что поедет по железной дороге в Ньюкасл, что брат Мильтона, обещавший ему место, уже прислал билет на поезд в один конец.

— И пурпур. Вы любите пурпурный цвет.

Мик подставил руки портному, чтобы на него надели жилет, и отвернул подкладку:

— Помните? Вы позволили мне выбрать ткань на подкладку? Я действительно люблю пурпур, так что с этим проблем нет. А вот с поездами хуже. Я знаю о них только то, что в Америке тормозной вагон называют «кабуз» или «камбуз»!

Джереми, только вернувшийся в комнату, услышал конец фразы, и оба брата долго обсуждали то, откуда Мик мог узнать такое слово. Но тут Джереми обратил внимание на подкладку жилета и воскликнул:

— Она пурпурная!

— Это его любимый цвет! — с торжествующим смехом сообщил Эмиль.

— Провалиться мне на этом месте! Вот так штука! Но откуда он выкопал «кабуз»?

— Наверное, я где-то о нем читал, — сказал Мик. — Мне просто понравилось это слово. «З» звучит в нем очень отчетливо.

От удивления близнецы онемели. Мик внимательно следил за ними в зеркале. С какой стати они придают такое значение всякой ерунде?

— Нам следует придумать объяснение тому, что нигде нет упоминаний о вашем виконтстве, — наконец опомнился Джереми.