Егор обижался. Егор злился. Егор пытался кому-то что-то доказать.

— Я мужик! — кричал он и топал ножками. — Мужик!

В конце концов Егор понял, что нужно брать дело в свои руки и принести семье пользу, и вот тогда-то отец поймёт, что он старый, отсталый и вообще не прав. И вот тогда-то Егору вернут карту, и машину, и наконец-то добавят песню «Метеорит Над Зоною Летит» в плейлист, который звучит в коридорах отеля «Tildikov In». Тогда-то Егор и ударился в… э-э-э… назовём это предпринимательством.

За спиной у отца он договорился с людьми Клоновского о том, что выполнит для барона одно мокрое дельце, а Клоновский в свою очередь сделает его, — Егора, — главным поставщиком продуктов на своей клоноферме.

И сегодня, наконец-то, этот день настал.

В назначенный срок Егор приехал на клоноферму, чуть поблуждал по территории и нашёл административный комплекс, в котором находилась столовая. Он двинулся в обход здания к служебному входу, миновал ряд мусорных баков, завернул за угол и тут чуть ли не лоб в лоб столкнулся с ним!

О, да! Это был тот же самый очкастый ублюдок, что вчера вечером сломал ногу Недоедале, а потом заставил Егора снять штаны и встать на колени!

— Это ты⁉

— А это ты⁉

— Я не… Я не понимаю, — потерялся Егор. — Что ты здесь делаешь⁉

Вместо ответа ублюдок схватил Егора за шиворот и быстро потащил за угол. Ублюдок больно припечатал его к мусорному баку, оскалился и злобно прошипел:

— Егорушка, родненький, я понимаю, что ты как истинный аристократ должен мне отомстить и всё такое. Но у меня сегодня очень, — слышишь? — очень ебаный день, так что прошу тебя, пожалуйста, потеряйся.

— Но мне надо…

— Ты слышишь меня вообще? Не нагнетай, Егорушка. Не сегодня. А иначе…

Ублюдок отпустил Егора и отошёл на пару шагов. Он завёл руку за спину, а когда показал её вновь, то меж растопыренных пальцев у него веером торчали три, — нет, четыре! — табуретные ножки.

—…иначе я закончу начатое.

— А-а-а-а!!! — визжа на манер хорового кастрата и высоко подбрасывая колени, Егор бросился бежать прочь…

* * *

ИЛЬЯ ПРЯМУХИН.

Всю дорогу я буквально кипел от ярости. О, какие же изящные планы мести я придумывал! Какие изощрённые пытки сочинял! Какие лютые расправы я разыгрывал в своём воображении! Им всем пиздец. Точно. И Людвигу Ивановичу пиздец, и Коле, и бабе-гипнотизёрше, и врачу их семейному, — тому самому, который шаманил над моей жопой. Кстати, я так и не выяснил что с моей жопой…

И-и-и-и! — взвизгнули тормоза.

— Выходи.

Ясен красен, что джип с гербом Мутантиных на капоте не мог заехать на территорию Клоновских незамеченным, так что довезли меня нихрена не до места. Меня высадили прямо в лесу, за полкилометра до клонофермы. Дальше пришлось пиздовать пешком по обочине.

Искренне жалею, что из леса под горячую руку не вылез какой-нибудь улитоволк, слизнезаяц или боброуж.