— Ты влюбился в принцессу Ольгу? — неожиданно спросила меня Анастасия.

— Нет.

— Слишком быстрый ответ, — улыбнулась Рюрикович.

— Потому что честный, — я пожал плечами. — Я просто умею быть благодарным и…

— Тебе её жаль, — кивнула девушка.

— С чего ты так решила?

— Я знаю её историю. Внебрачная дочь тогда ещё наследного принца и наёмницы из обнищавшего благородного рода. Смерть матери, душещипательное воссоединение, за которым был лишь голый расчёт — династический брак между Волынью и Мазовией был оговорен лет двадцать назад, поэтому имена в него не вписали… А теперь жених всячески выказывает ей своё пренебрежение и открыто крутит шашни с другой бастардкой.

— Эглитис — бастард?

— Ходят слухи, — неопределённо помахала рукой Анастасия. — Но всё остальное ты, похоже, и так знал.

— Да. И я не понимаю, почему им бы просто не разорвать помолвку. Во всяком случае, Вышеславу, раз он увлёкся этой Эглитис.

— Ты как ребёнок, — улыбнулась Рюрикович. — Чтобы разорвать помолвку и быть со своей простолюдинкой, ему надо пойти поперёк воли отца, что чревато лишением наследства. У Вышеслава есть младший брат Казимир — не столь сильный, зато способный. Его бы и поставили наследником, но в Мазовии трон переходит старшему отпрыску.

А Ольга на разрыв помолвки не пойдёт, потому что для неё это единственный шанс вырваться от ненавистной семейки… Пусть и к презирающему её мужу, открыто милующегося с любовницей.

Но я знаю, что в прошлом помолвка всё-таки не состоялась. Ольга не смогла вырваться из Волыни, но и её становление наследницей королевства мачеха допустить не могла… Что в итоге вылилось в непонятную бойню, обезглавившую Волынь.

Получается, её надо как-то вытащить оттуда, оттянув кризис. Но вот почему она сама не попыталась вырваться? Здесь я узнал, что Ольга хочет это сделать, значит, скорее всего, хотела и в другом варианте событий… Но её что-то остановило. Шантаж? Рычаг давления? Заклинание или артефакт подчинения, чем дэв не шутит?

— Значит, помолвку так просто не разорвать? Но при этом конкретных имён в договоре нет. Чисто теоретически…

— Да, — кивнула княжна. — Чисто теоретически брак может быть заключён и между младшим братом Вышеслава и младшей сестрой Ольги. А почему ты спрашиваешь?

— Пытаюсь хоть немного подтянуть свои знания о светской жизни…

Из-за угла вывернули Вилли и Хильда, выглядящие чрезвычайно решительно и сосредоточенно.

Остановились. Недоумённо огляделись по сторонам, потом зачем-то осмотрели землю вокруг — в поисках бессознательных тел, что ли? Посмотрели на нас с Анастасией.

— Это что, признание?! — выдохнула Мина. — Офигеть!

Хильда моргнула, а затем засопела и начала закатывать рукава жакета.

— Я ж говорила, что невестой Конрада может быть только та, что победит меня? Я говорила…

Анастасия совершенно неаристократически икнула.

— Эй! Вы всё неправильно поняли! — воскликнула она

— Да они вообще ни хрена не поняли, — хмыкнул я. — Вы тут откуда?

— Нас Аня нашла и сказала, что мы пропускаем всё веселье, — ответила Вилли и с надеждой добавила. — А это точно не признание, нет? Хотя, да, его же надо бы делать под цветушей вишней… или роняющим листья осенним клёном…

— Я, пожалуй, пойду, — засуетилась Рюрикович. — Дела учсовета, знаете ли… До встречи!

И быстренько так ретировалась.

— Эй, куда! А подраться? — Хильда разочаровано вздохнула и подозрительно покосилась на меня.