– Кстати, о клевете… где жена?

– Слоан? – Скучающе пожимаю плечами. – Дома, наверное. Сегодня сам по себе.

Она скептически щурит светло-карие глаза.

– Ну нет, не верю. Слоан игрушками не делится.

– Ну хорошо, меня не то чтобы приглашали. – Она умнее, чем я думал, так что пора менять тактику. – Я сводного брата тут ищу. Знаешь Фенна?

– Можно и так сказать. – Она не вдается в детали, но по ее усмешке видно, что у них есть история, на которую у меня нет времени. – А что-то не так?

– Да нет, но он в последнее время сам не свой, так что пытаюсь уберечь его от проблем.

– Оу-у. – Мила наигранно дует губки. – Как это мило. Ты прелесть.

– Эй, я знаю этого парня! – Оливер Драммер подплывает к нам и кладет мне руку на плечо с такой силой, словно я задолжал ему денег.

Пытаюсь вспомнить, не портил ли ему жизнь за последнее время, но ничего не приходит в голову.

– Эр Джей, так? – уточняет он. – На футболе виделись.

– А, да. Точно.

Оливер местная Большая Шишка. Их версия Дюка, только без такой репутации. Видимо, хватает мозгов не палиться.

– Ты далековато от дома, – замечает он.

Мила встревает в разговор:

– Он Фенна ищет. Тот, кажется, мог уйти в запой.

Оливер хмурится.

– Не видел его тут. Но ты возьми выпить, останься пока. Посмотри, как на другом берегу живут.

Не знаю, это он так назвал жизнь за колючей проволокой нашей приватной тюрьмы или это был наезд на мои финансы (точнее, их отсутствие), но я все равно киваю. Этот самоуверенный придурок – не моя проблема этим вечером.

– Отличная идея. – Мила подхватывает меня под руку, хотя этот жест явно рассчитан на Оливера. – Пойдем, покажу тебе, где прячут самое вкусное.

С вызовом посмотрев на него, она утаскивает меня прочь. Интересно. Судя по всему, этим вечером не только у меня есть скрытые намерения. Мне же легче.

Дальше по коридору, в теневых закоулках вечеринки вдали от основной комнаты, каждая комнатка – словно своя отдельная вселенная исследований и экспериментов юности. В двести второй развлекаются, в двести четвертой два парня борются, обмазавшись в краске, под подбадривающие вопли зрителей. Почти все углы заняты парочками и переплетениями рук и губ.

Мила приводит меня в комнату, где на позабытой деревянной парте расставлены бутылки с алкоголем и красные стаканы.

– Что предпочитаешь? – спрашивает она.

– То же, что и ты.

Налив два шота текилы, она протягивает один мне. Отсалютовав друг другу, мы оба осушаем их залпом. Мила тут же наливает нам еще, но на этот раз только потягивает.

– Зачем ты тут на самом деле? – требовательно спрашивает она. Игры в хорошего копа закончились.

Притворяюсь, будто размышляю над ответом, попивая текилу. Пусть думает, что ее сила убеждения сейчас вытянет из меня правду.

– По правде? – говорю я, наконец.

– Да.

– Я уже несколько месяцев торчу в этом богом забытом городишке с одними и теми же уродскими рожами. Мне нужна была смена обстановки. Я обычно не задерживаюсь в одном месте так долго.

Она не верит до конца, но мой ответ ее явно устраивает.

– Ну да, у вас-то там сосисочный парад, я полагаю?

– Ага. И еще меня достало слушать, как Фенн постоянно ноет про своего старого соседа.

– Гейб, – кивает она. – Знаю.

Нельзя показывать радости, но это мой шанс.