— Агентов не посылают без прикрытия. Это против правил.

— Кто бы говорил о правилах!

— Я готов составить ей компанию.

— Она справится без вас.

— Все, я догадался, в чем дело. Я у вас вроде живца. Если на меня нападут, и агент Долорес будет рядом, то пострадает и она. Вы правы, держите ваших людей от меня подальше.

— Надо к нему кого-нибудь приставить, — сказала Долорес, — сам по себе он долго не проживет. В прошлый раз его спас контрабандист. Если он упадет и расшибет себе нос, то виноватыми будем мы.

Стараясь не встречаться с нами взглядом, Эвардс взвешивал за и против.

— Конечно, было бы не плохо, если бы он был под присмотром…

Я решил избавить его от нравственных мук:

— Ваши страдания мне понятны. Не утруждайтесь. У вас свой план, у меня — свой. И мы не можем друг другу помешать.

Эвардс развел руками, как бы снимая с себя всю ответственность.

16

02.04, база «Рукав Персея-19»

По базе ходили смутные слухи, что старт «Рэма» снова откладывается. Сильвия Дельгадо обкусала все ногти на правой руке и занялась левой.

— Конечно, — бубнил оператор Вилли, — в кои веки от научного успеха зависит карьера нормального человека, а тут на тебе…

Сильвия злобно сверкнула очами. Вилли застонал:

— Не смотри на меня так, мой мозг вскипает, а сердце рвется вон…

— Так займись делом! Мне не с чем выходить в эфир.

В свободное время надо заниматься самообразованием, решила она, и засела за статьи об эолийцах.

Триста лет назад рукав Персея и участок Внешней спирали между Кассиопеей и Цефеидами были соединены Трансгалактическим Каналом, по которому перемещались переселенцы. Они основали здесь несколько колоний и назвали всю их совокупность Зоной Эола. Двести лет назад Канал закрылся и почти на два века переселенцы оказались изолированными. Как это ни удивительно, Эол выжил и, более того, в чем-то даже превзошел метрополию. После изобретения деформационных кораблей (сначала ими, потом нами) сообщение было восстановлено — правда, в минимальном объеме. Эолийцы изредка и ненадолго пускали к себе дипломатов, обращаясь с ними, как с инфицированными. Торговые контакты были незначительными, туристов не пускали вовсе. Язык эолийцев представлял собой малоузнаваемую смесь того, на чем говорили наши предки в позапозапрошлом веке.

Кроме Д-кораблей, потомки переселенцев опередили нас по многим другим параметрам. Они жили втрое дольше, мало болели, не экономили воду и свет и не страдали депрессией. Их технологический прорыв — сам по себе загадка, но больше всего нас заботило их долголетие. Земные ученые считали, что генетическое сравнение могло бы подсказать, в чем подвох, но эолийцы упорно отказывались предъявить свой геном.

Вот бы его добыть, подумала Сильвия. Не скрестились ли они там с кем-нибудь?

Пара эолийцев обитала в своем космическом корабле, пристыкованном к базе. Понадобилось несколько лет тяжелых переговоров, чтобы согласовать конструкции стыковочных узлов. В тоннеле, ведущем к узлу, была устроена баррикада из пустых контейнеров, проход в которой стерегли два рослых типа в бронекостюмах. По эту сторону баррикады постоянно дежурили несколько журналистов. На ту сторону пускали только эолийцев. Через иллюминаторы был виден корабль телеканала «А-1». Он регулярно совершал облеты вокруг гостя в надежде что-нибудь подсмотреть в окно.

— Кинуть бы в него камнем, — вслух размышляла Сильвия, наблюдая, как удаляется к себе на корабль симпатичный блондин-эолиец, — кровь накапает, вот тебе и ДНК.

— Уже пытались, — сказал Вилли, — они сразу залили кровь какой-то кислотой, которая мгновенно разложила ДНК на отдельные атомы.