Я понял, что меня приняли за шахтера, то есть за своего. Это меня вполне устраивало.

— Не его вахта. А Фуллер теперь должен мне тысячу. Вы должны подтвердить, что я прибыл совершенно здоровым. С меня, естественно, причитается.

Мое заявление было принято положительно. Когда подошел начальник смены, ему объяснили, что тут чисто мужское дело, и не надо никому докладывать. Ему было все равно, лишь бы не было задержек с разгрузкой. Я отполз к стене, чтобы не мешать работе. Постепенно на меня перестали обращать внимание.

Жилой комплекс, в котором обитали рабочие, находился в получасе езды на каре. Я и трое свидетелей моего прибытия отправились туда после окончания смены. Путь пролегал через пустынную равнину, где хватало места, куда упасть контейнеру с гелием-3. Мы сделали крюк, и мне показали небольшую вмятину, оставленную моим «спускаемым аппаратом».

В жилом комплексе был небольшой ресторан, где я угостил всю компанию ужином. Я остерегался расспрашивать их об окрестностях и окрестных нравах, поскольку считалось, что я живу на Хторге — хоть и недавно, если судить по акценту. Я придумал себе имя и короткую шахтерскую биографию. После ужина мне нашли сносную комнату с душем, документов никто не спрашивал. За еду и номер я заплатил наличными.

25

15.04, Хторг

План действий на следующие шесть часов был ясен. Рядом с пирамидой жилых блоков располагалась посадочная площадка рейсовых флаеров, всю ночь не дававших мне спать своим воем. С учетом промежуточной посадки путь до Хторг-Сити займет пять часов. Еще пятьдесят пять минут я отводил на то, чтобы добраться до здания Трансгалактического Банковского Союза. Пять минут — на то, чтобы найти кабинет Опоссума Лея. Дальнейшее определялось его поведением.

Столица Хторга представляла собой россыпь небольших железобетонных язв на зеленом и цветущем теле экваториального континента. Климат в этом районе был мягким, трава сочной, и если бы не банкиры, бродить здесь овцам и пастушкам до следующего ледникового периода.

Аэропорт, где мы приземлились, оказался небольшой бетонной площадкой с парковкой для флаеров-такси. Как я понял, жители Хторга принципиально возражали против концентрации себя где бы то ни было. Посадочные площадки подобные этой были разбросаны по всему городу, который, в свою очередь, непонятно где начинался, и непонятно где заканчивался. Банки, жилые корпуса и прочие учреждения занимали небольшие участки, промежутки между которыми заполняла модно подстриженная местная флора. Жители передвигались в тихих, низколетящих флаерах, а внутри обитаемых блоков — пешком.

Такси знало дорогу, и через сорок минут я высадился в блоке АС-67, так же известном как «территория ТБС». Это был квадрат со стороной метров триста, на котором находились четыре цилиндрических десятиэтажных корпуса, соединенных между собой перемычками. Я произвел рекогносцировку. Здесь все оставалось так, как два с половиной года назад, когда я посетил Хторг в первый и единственный раз. Клиенты банка входили и выходили через два парадных входа. Служащие пользовались четырьмя неприметными дверями. За большим окном десятого этажа промелькнул силуэт Раймонда Джотто. Обведенный желтой полосой прямоугольник указывал место парковки.

Я снова вызвал такси и отправился в «Хертц-Хторг», чтобы арендовать флаер. Выбрал небольшую, скоростную машину с тонированными стеклами и вернулся на «территорию ТБС».

Я передумал заходить в банк. Потратив столько сил, чтобы прибыть на Хторг инкогнито, я не хотел светиться. Скоро конец рабочего дня, и Опоссум отправится домой. Два с половиной года назад он мельком попадался мне на глаза. За это время его внешность не могла сильно измениться.

Так оно и было. Без пяти семь крепкий, седовласый мужчина вышел из служебного входа номер 2.