На секунду я увидел старого доброго Линка, который, как обычно, влюбился в девчонку не своего полета.

Возможно, он бы со мной не согласился, но что тут поделаешь. Кроме того, я внезапно понял, как обезвредить бомбу замедленного действия по имени Ридли.

— Пригласи ее на вечеринку к Саванне.

— Издеваешься? Это означает объявление войны группе поддержки! Саванна уже заставила меня прийти пораньше, чтобы помочь украсить дом и все такое прочее.

— Ладно, — пожал плечами я и засунул в рот очередную порцию попкорна.

Рот обожгло от острого соуса, и я решил, что получил знак свыше. Надо помалкивать, советов давать не буду!

После кино Линк побил верзилу из Саммервилля на парковке перед «Синеплексом». Ридли обозвала Линка всеми известными ей ругательствами. Саванна влезла в их перепалку. На миг я решил, что кошки снова сцепятся, но вдруг Саванна вспомнила, что ей еще не сняли гипс. Она быстренько повернула дело таким образом, словно они с Ридли просто не поняли друг друга.

Добравшись домой, я обнаружил на двери записку от Лив:

«Я передумала. Увидимся на вечеринке. Обнимаю.

Лив».

Обнимаю.

Девчонки ведь всегда так прощаются?

«Правда», — прозвучал у меня в голове голос Лены.

Все, я — покойник.

18.10

Очень плохая девчонка

Я приложил немало усилий, чтобы уговорить Эмму отпустить меня к Саванне Сноу. А выбраться из дома тайком мне бы, конечно, не удалось. С тех пор, как Эмма сделала тот самый расклад, из-за которого она посетила гробницу королевы вуду, она ни разу не ходила к себе в Вейдерс-Крик. Когда я робко решил с ней поговорить насчет этого, она сразу же встала на дыбы:

— А кто будет присматривать за Сестрами? Тельма вообще не оправилась после пожара!

— Ой, мисс Эмма, бросьте вы! Просто я иногда немного теряюсь! — крикнула Тельма из соседней комнаты.

Она в очередной раз заправляла Сестрам кровати: бабушка Мерси всегда хотела одну подушку и два одеяла, а бабушка Грейс — с точностью до наоборот. Мерси на дух не переносила грязное постельное белье, поэтому простыни надо было обязательно стирать чуть ли не каждый день. Ну а Грейс терпеть не могла, когда от подушек пахло волосами, даже ее собственными. Самое ужасное заключалось в том, что теперь я знал об их маленькие странностях (включая привычку прятать друг от друга кофейное мороженое) гораздо больше, чем мне бы хотелось.

Происшествие.

Прежде под словом «происшествие» мы понимали автомобильную катастрофу, в которой погибла моя мама. А сейчас мы, со свойственной южанам деликатностью, называли так состояние бабушки Пру. Я еще не решил, нравится мне термин или нет, но Эмма начала употреблять именно это слово.

Я понимал, что мне вряд ли удастся уговорить ее, но все же попробовал:

— Они ложатся спать не позже восьми. Давай сыграем вместе в «Скраббл», а потом я пойду на вечеринку?

Эмма замотала головой, доставая из духовки горячий противень и отправляя туда следующий. Сплошное печенье: песочное, с патокой, рождественское — с сахаром и корицей… и ни одного пирога. Но Эмма никогда не подносила печенье Великим предкам, а готовила его для соседей и друзей. Значит, ситуация вышла из-под контроля…

— А для кого это, Эмма?

— Итан?! Ты что, слишком хорош для моей выпечки?

— Нет, но ты уже его завернула в салфетки. Похоже, мне не перепадет ни кусочка.

— Ишь, какой умник нашелся! — прикрикнула Эмма, раскладывая на противне очередную порцию.