– Может быть, – негромко подала голос Луна, – нам лучше поскорее убраться отсюда. Зачем нам оставаться в этом нехорошем месте?

– Я согласна с Луной, – немедленно выпалила Стрела, нервно покусывая лапу.

– Но здесь хоть тепло, и от ветра есть где спрятаться, – робко заметила Дейзи. – Не говоря уже о том, что здесь нам не грозит плохой дождь.

– Какой прок в убежище, если в нем нечего есть? – резонно возразила Луна.

– Но мы же не можем отправиться в путь с пустыми животами! – возмутился Бруно.

Счастливчик едва сдержал улыбку, услышав, как у старого пса громко заурчало в желудке.

– А как ты предлагаешь их наполнить? – огрызнулась Прыгушка.

Альфа раздосадованно рявкнул на них, призывая к тишине.

– Замолчите все! Разумеется, мы не тронемся с места до восхода Собаки-Солнца, – прорычал он. – Идите спать, все! Раз есть нечего, надо хотя бы силы поберечь.

Альфа гневно посмотрел на стаю, но никто не осмелился ему возразить. Приунывшие собаки медленно поплелись на свои спальные места, негромко переговариваясь по пути.

– Ничего себе новости – в лесу есть еще одна стая! Значит, выживших не так уж мало.

– А что в этом хорошего? Нормальных собак мы пока не встретили, кругом или Свирепые псы, или вообще бешеные!

– И не говори… Кругом одно зло да опасности.

– Я не знаю, что все это значит, – прошептала Луна, склоняясь к своему верному Пороху. – Но нутром чую, что ничего хорошего нас не ждет…

Ночь выдалась длинная и тревожная. В самую темную пору Счастливчик вскочил, потянулся и описал несколько кругов вокруг себя, чтобы хоть немного приглушить сосущую пустоту, возникшую где-то внутри и не дающую покоя. Он облизнул клыки, с тоской представив себе горсточку холодных и прогорклых белых зерен, которые так любят Длиннолапые.

Где-то неподалеку жалобно поскуливала Солнышко, кто-то из собак нервно скреб когтями по полу. Видимо, этой ночью никто не мог спокойно спать с пустым животом. Унылый дождь тихо стучал по металлической крыше Дома еды.

«Дейзи была права. Не так-то просто покинуть место, где у нас есть хотя бы надежная крыша над головой. Но что нам остается делать, если Ужас не пускает нас в лес?»

Счастливчик со вздохом закрыл глаза. Воспоминание о безумном Ужасе было настолько ужасно, что он невольно задрожал.

«И все-таки я бы дорого отдал за то, чтобы узнать, притворялся этот ненормальный или бился в настоящих судорогах? И если все было по-настоящему, то что он видел в своем беспамятстве? Вдруг Собака-Страх существует, и она разговаривает с Ужасом?»

Счастливчик открыл глаза и наткнулся на горящий взгляд Пороха. Видимо, тот тоже думал об Ужасе и о нелегком выборе, лежавшем перед стаей.

«Неужели я так больше и не усну? Но как же я завтра смогу идти?» – с нарастающей паникой подумал Счастливчик.

Но его страхи оказались напрасными. Когда он снова открыл глаза, то увидел, что Дом еды утопает в золотом сиянии поднимающейся Собаки-Солнца. Вскочив, Счастливчик пихнул сопящую рядом с ним Кусаку и легонько ткнул носом Лизушку.

– Мы уходим? – спросил он у Альфы.

Полуволк, собранный и решительный, стоял у приоткрытой двери Дома еды и осторожно втягивал носом сырой воздух.

Он ответил не сразу, не торопясь поворачиваться к Счастливчику. Потом медленно, словно нехотя, поднял взгляд и с нескрываемым омерзением покачал головой.

– Нет, – тихо прорычал полуволк.