— Не обращали внимание на что-нибудь странное?

— Что именно?

— Сейчас я вам покажу, — возбуждённо сомкнув ладони, Козырев встал с кресла и подошёл к журнальному столику возле кровати, на котором лежала сложенная газета.

— Вот, — вернувшись обратно с «Перволучинским вестником» в руках, снова промолвил он. — Читаю дословно: «На железнодорожный переезд в Лазарево требуется стрелочник. Условия работы — при встрече». Ничего странного не заметили?

Я недолго подумал.

— Насколько мне известно, — сказал я, — в Лазарево два года как не функционирует стрелочный пост. Всё теперь на автоматике. Да и поезда́ там только товарные, и те раз в неделю.

— Именно! — воскликнул Козырев. — Но вы не обратили на эту странность внимания. И не мудрено. Поскольку вы не знаете, что такие объявления публикуются не ради вакансий, а существуют исключительно для конкретных людей.

— И для кого же?

— Для прерывателей.

Я промолчал, стараясь переварить услышанное.

— Да-да! Именно так они поддерживают связь. Если требуется какая-нибудь корректировка миссии, то назначается встреча.

— Зачем нужны такие шпионские игры? Не проще ли просто найти нужного человека по месту его пребывания?

— У прерывателей нет конкретного кабинета для приёма, и они не сидят долго на одном месте. Как правило, они всегда в движении, и поди пойми, в какой точке они окажутся через час или, например, послезавтра. И в каком времени. Поэтому поступают именно так. К тому же таким вот образом объявляется аудиенция претендентам, тем самым случайным людям, о которых я вам говорил. Но… — Козырев снова в неудовольствии сморщил лицо. — Я пока что не знаю, каким образом претенденты узнаю́т о том, что они таковыми являются. Всегда полагал себя одним из кандидатов в прерыватели. Ведь я столько всего знаю. И не могу поделиться ни с кем своей информацией. Вы первый, кому я рассказал в таких подробностях о происходящем в тени. Видимо, мне пока ещё рано вступать в ряды этой организации. Если вы, конечно, пришли не затем, чтобы оповестить меня об обратном, — Николай с надеждой на меня посмотрел.

И я понял, что он надеялся от меня услышать. К сожалению, обрадовать я его ничем не мог.

— Получается, — сказал я, — что вы приехали не столько из-за лекции, сколько затем, чтобы побывать в Лазарево?

— Да, — выдохнул Николай. — Наивно полагал, что там меня встретят. Однако битых четыре часа проторчал возле брошенной будки — и никого, кроме двух собак и одной кошки, не встретил. Последняя надежда, если честно, была на вас. Когда вы появились в библиотеке, то поначалу напугали меня. А потом я подумал — а что если вы и есть посланник. Судя по всему, ошибся.

— Простите, Николай, — с сожалением сказал я. — Но я не тот, за кого вы меня приняли. Но, честное слово, вы мне очень помогли с информацией.

— Слушайте, Алексей. Вы говорили, что тот человек в вагончике обещал вас найти. Так может… Может, это объявление адресовано вам?

Я молча пожал плечами.

— А вы съездите. Может быть, получите ещё много ответов, которых нет у меня.

— Обязательно съезжу, — сказал я.

Мы поговорили ещё полчаса. Но расстроенный Николай очень быстро начал сдуваться, утратил внимательность и часто отвечал на мои вопросы немного невпопад. Я не стал больше его мучить, ещё раз поблагодарил и оставил наедине со своей печалью.

Я и сам довольно сильно устал. Решил, что съезжу в Лазарево завтра и проверю версию Николая.